Орней. Книга I. Звезда Странника

В комнате находились трое мужчин: двое, закутавшись в добротные суконные плащи, сидели за столом; низко надвинутые капюшоны оставляли видимым седую остроконечную бородку одного и полные губы и массивный подбородок другого. Третий — широкоплечий, узкий в бедрах, стоял, уперев руку в бок и выставив чуть согнутую в колене левую ногу вперед. Впрочем, небрежность его позы лишь казалась мнимой, достаточно было взглянуть в сосредоточенное лицо и прищуренные светлые глаза, будто ощупывающие собеседников.

— Итак, Товье доверяет тебе? — спросил седобородый.

— Более чем.

— Что нового у начальника Тайной стражи? — вставил тот, что помоложе

— Благородных месьеров интересует кража ста золотых дукатов из дома торговца Боше? Или убийство жены сьера Пеллье?

— Хорошо живут торговцы, — проскрипел пожилой. — А женушку, поди-ка с любовником застал сьер Пеллье, то и прикончил. Не трать наше время на ерунду, Хин, а то я подумаю, что зря плачу тебе деньги.

— Расследование по сержанту Бестье пока не продвинулось, — названный Хином подобрался, скинув показную небрежность.

— Уже лучше.

— И... вчера подслушал разговор. С большим риском для себя, хочу отметить. Принчепс поручил найти людей для сопровождения и охраны сьеры Оденар.

Сидящие за столом переглянулись.

— Большей удачи и желать нельзя! — воскликнул молодой.

— Слишком хорошо, чтобы быть правдой, а если это западня? — пробормотал седобородый.

— Почему западня? Обычная предосторожность. На месте Оденара я бы тоже беспокоился, — полные губы молодого растянулись в неприятной усмешке.

— Почему из Тайной стражи? Приставил бы своих волков...

— Одно другому не мешает, — пожал плечами молодой и сказал Хину: — Добейся, чтобы тебя включили в телохранители. Путь даже подстроив другим претендентам... несчастный случай. Ты парень сильный, умелый. И, как утверждаешь, Товье тебе доверяет. Чем не телохранитель? Кстати, может и ты попытаешь удачу в постели прекрасной сьеры Лары.

— Это лишнее, — сухо отрезал седобородый. — Хин, мы на тебя рассчитываем.

— Будет непросто, — поскреб в затылке тот.

— Ты уж постарайся. Потом узнаешь, что делать дальше.

***

Последняя ночь 988 года Эры Странника выдалась ясной и это был добрый знак. Следующие пять дней — всегда особое время, не попадали они ни в уходящий год, ни в грядущий. Была особенной и эта ночь.