Молоко лани

Часто моргая, я обернулась и увидела Джамидежа на том же камне, где всего несколько мгновений назад стояла я.

– Я… я… – я попятилась, сама не понимая, что происходит.

Прекрасное лицо девы рек исказила злая недовольная гримаса.

– Ах вот значит как. Ну и забирай ее, волшебный конь.

Я резко остановилась. Мой взгляд метался между Джамидежем и девой рек.

– Но мне нужно узнать, где обитает волшебная лань! – воскликнула я наконец.

– Не говори с ней, Сурет, – предостерег Джамидеж, – она вновь околдует тебя и утопит.

Псыгуащэ насупилась:

– Ну зачем же так жестоко. Я могу взять и меньше. Например, твои прекрасные косы, – перепончатая рука подцепила мои волосы и подняла ближе к глазам. – Небольшая цена за жизнь твоего отца, не правда ли?

– Откуда вы… – я вздрогнула, но речная дева в ответ лишь рассмеялась, и ее смех напоминал стук камешков, потревоженных бурным потоком.

– Так что, Сурет, ты согласна?

Я бросила быстрый взгляд на толстую длинную косу, которую сжимала в руке Псыгуащэ, и мое сердце сжалось.

– Да.

Псыгуащэ улыбнулась, хищно и удовлетворенно. Ее ногти тут же удлинились, став острыми, как бритва, кристаллами льда. Ей не потребовалось много времени. Всего несколько секунд, и остатки моих волос упали неровными прядями у лица. Я ощутила легкость. До этого я никогда даже не задумывалась, насколько тяжелыми были мои косы.

– Достойный дар, – прокомментировала Псыгуащэ, поглаживая лежащие в ее руке волосы, – я отвечу на твой вопрос. Белая лань живет в роще над моим водопадом. Чтобы попасть туда, тебе нужно спуститься вниз по ручью – там живут люди, не пропустишь – из их селения выйди на восток, там будет тропа наверх. Наверняка твои соплеменники подскажут тебе, а с волшебным конем тебе не составит труда добраться туда.

– Благодарю вас, Псыгуащэ, – пробормотала я, потупившись, чтобы не смотреть на речную деву.

– Свое я уже получила. Прощай.

С этими словами Псыгуаще отстранилась от меня, возвращаясь под струи водопада, и в мгновение ока слилась с его струями, исчезая.

Я вылетела из воды обратно на камень. Ноги горели, будто их опустили в костер. А на глаза наворачивались слезы. Я дрожащей рукой провела по голове, только сейчас осознавая произошедшее. Теперь волосы едва достигали середины шеи.