Сага о Хродвальде. Железный Прилив

Глаза Атли остались закрыты, и, казалось, что он спал и не слышал вопроса. Тогда один из соседей толкнул его плечом. За что тут же получил ответный толчок. Кулаком.

– В такой ветер играть на лире мне будет так же просто, как управлять драккаром, вставив рулевое весло себе в задницу, – недовольно прорычал Атли, злобно зыркая на соседа.

– Ну, ты бы мог в этот раз поиграть на ней руками, – не сдавался рулевой.

– Как ты мошешь так говорить, Клёнг? Атли играет на лире, как вше нормальные шкальды! – тут же возмутился Нарви, по кличке Зубоскал.

Кличку свою он получил недавно – вошёл в круг хольмганга против сильного бойца, в надежде добыть его меч, доспехи и немного славы. Но потерял всё это сам, вместе с передними зубами. Теперь Нарви сильно шепелявил, а это значило, что люди будут смеяться над всем, что Нарви говорит. И будет так всю оставшуюся у Нарви жизнь.

И тогда Нарви начал смеяться громче всех:

– Эту часть тела наш шкальд должен дершать свободной, иначе чем же ему тогда петь?!

Послышались смешки. Люди зашевелились, прислушиваясь к разговору.

Атли Ласковый тяжело посмотрел на Нарви своими блекло-серыми, выцветшими от старости, глазами. Доброты и ласки в них было не больше, чем в холодном сером океане за бортом.

– Сейчас я встану и не побрезгую засунуть свою лиру в зад самым говорливым, а потом заставлю их сделать так, чтоб бренчало, – угрюмо сказал Атли. Виновник тут же поднял руки в знак примирения, остальные смеялись и успокаивали Атли. Хватило пары минут, чтобы старый скальд решил, что приличия соблюдены и ворчливо предложил:

– Ладно, спою вам сагу о том, как мы пришли сюда, в сумрачный Свартальвхейм, из благолепного Мидгарда.

Там не нужно играть! – он выжидающе посмотрел на рулевого.

– Это же бабушкины сказки, мне рассказывали это, ещё когда я не мог поднять боевой топор! — возмущенно ответил ему Клёнг.

– Клёнг, было такое время? Я думал, твоя матушка родила тебя вместе ш топором! – снова раздался голос Нарви, и остальные, уже проснувшись, подхватили:

– Будь честным Клёнг, ты имел в виду другой «топор»?

– Не путайте парни, его мать родила его «от топора», а не «с топором»!

– Вы тупые тюлени, нешушие вздор! Его мать и шейчас рядом, он хороший шын и никогда ш ней не раштаётся! – это снова крикнул Нарви.

– Никогда не думал, что ты такой маменькин сынок, чтобы взять старушку с собой в поход, – расхохотался Атли.

Клёнг, по прозвищу Большой Топор, с любовью погладил секиру, прислоненную к борту рядом с ним. Он часто называл её Старухой.