Кладоискатель

Знания, записанные в книге, потрясали: десятки разнообразных заклинаний, всевозможные магические печати, круги силы и призыва - всё это необычайно меня захватило, и отрываться сейчас от всего этого, чтобы идти в услужение к кому-то мне казалось почти предательством своего звания волшебника. Опять сводить бородавки или морщины с лица какой-нибудь богатой купчихи или зачаровывать чей-нибудь амбар от грызунов? Теперь, когда у меня в руках ключи от жизни и смерти, это казалось величайшей глупостью и напрасной тратой времени.

Глядя на моё погрустневшее лицо, учитель, тяжело вздохнув, продолжил разговор:

- Арен, я понимаю твои трудности, и нежелание идти на службу к князю Ринтариусу. Поэтому я сам внесу за тебя сбор в этом году, но тебе всё равно придётся заняться поисками места для себя. Волшебник одарён способностями, недоступными для большинства людей, и именно поэтому он не имеет права тратить свой дар только на себя и на свои желания. Его долг - помогать тем, кто не может помочь себе сам.

- Особенно если за это хорошо платят, - грустно добавил я.

- Арен, мы люди, и живём среди людей. Пусть нам и доступно больше, чем простым людям, но мы, как и все, должны есть, пить, одеваться, обеспечивать свои семьи; поэтому мы и берём плату за свою помощь. Таков уж этот мир, и его не изменить.

На это мне возразить было нечего. Немного помолчав, я сказал:

- Учитель, мне необходимо собраться с мыслями. Я немного прогуляюсь по городу...

Я любил прогуляться по улицам вечернего города, когда городской шум стихает, и людей почти нет; лишь окна домов светятся, разгоняя подступающую темноту.

На улице было пусто, лишь парочка припозднившихся гуляк, пошатываясь, шла домой, обсуждая какую им трёпку устроят дома жены. Я не спеша шёл, погружённый в свои мысли, мало обращая внимание на то, что происходило вокруг. Деньги где-то необходимо было раздобыть. То, что учитель собирался внести за меня орденский сбор в казну, было недопустимо. Эти деньги были частью его сбережений, которые он собрал себе на старость, и допустить то, что он будет их тратить на решение моих проблем, было нельзя.

Над способом достать деньги я и размышлял. Вариантов у меня было немного: или идти на службу к кому-то, или раздобыть где-то деньги самостоятельно. Ещё можно было отдать дубовый листок, брошь, которая принадлежала когда-то основателю нашего ордена, Магнусу Серому плащу. За неё меня бы наверняка освободили пожизненно от орденских сборов, да ещё и золота не пожалели.