Морская инквизиция: Мир колонизаторов и магии

Поняв, что пиратов не удалось застать врасплох, и преимущество не на их стороне, барк поднял все паруса и стал совершать поворот фордевинд, стремясь уйти из-под обстрела. Вслед ему продолжали нестись ядра, выпускаемые из всех десяти орудий.

Получив пару дыр в парусах и разбитую пиратскими ядрами корму, барк ретировался, гордо надув пузатые четырёхугольные паруса с испанскими крестами. Поймав в них ветер, он стал быстро уходить прочь от негостеприимного острова.

Старый капитан Хосе Гальярдо де Ломо только матерился, его затея не удалась.

И теперь, и так уже потрёпанный жизнью, барк получил множественные пробоины и гордо отступил в открытое море, зализывать свои раны на другом острове или в ближайшем порту. Необходимо было, как можно скорее, рассказать властям, где они видели один из пиратских кораблей.

***

- Собирайтесь, вонючие пороховые обезьяны. Вы и так много времени провели на берегу, а теперь ещё и все окрестные испанцы узнают, что мы здесь окопались. Сто якорей вам в руки и двадцати четырёх фунтовые ядра вам на ноги, дерьмоеды.

Боцман бегал по берегу и орал каждому пирату в уши свои команды, пока не видел, что его отлично поняли. И только после этого он бежал дальше и повторял для отдельных личностей, которые оглохли от пушечного огня и не слышали его, либо притворялись, что не слышат. Нас с падре он проигнорировал, только пнул меня по ноге, отшвыривая с дороги и одновременно давая понять, что ему недосуг объяснять это ещё поганым испанцам.

- Грузим пушки на корабль.

Не забываем про ядра и бочонки с порохом, - надрывал глотку возле корабельных орудий канонир, командуя своими людьми.

- Грузим еду, воду и всё имущество, - вторил ему квартирмейстер Пьер Пижон, а кок Андре суетливо собирал жалкую посуду, вынося её из хижины, где была организована общая столовая.

Мастер парусов уже проверял и укреплял такелаж, готовясь выводить судно из бухты, дожидаясь прилива. Весь пиратский полевой лагерь стремительно пришёл в движение. Разгильдяи и ленивцы, праздно до этого проводившие время, сейчас работали, как один, пытаясь убраться с острова вовремя, пока на помощь одному испанцу не пришёл другой испанский, но более мощный, корабль.

Падре Антоний с тревогой смотрел на эту торопливую суету, которая грозила им новыми проблемами и испытаниями. Он уже почти смирился со своей участью и смог немного поправиться, живя на этом райском острове, пока очередное событие не вырвало его обратно в ад неизвестности и непредсказуемости.