Морская инквизиция: Мир колонизаторов и магии

Возможно, старая, загаженная газовая плита была неисправна, возможно, огонь погас, а газ всё равно продолжал выходить из горелки, а может, переевшие мяса и накурившееся гашиша, вольные гастарбайтеры решили устроить ещё развлечение, не думая к чему это может привести, всё это осталось тайной, покрытой лёгкой тенью мрака.

В общем, в пять утра, или двумя минутами позже, на четвёртом этаже рвануло, да так, что взрыв выплеснул из себя всё содержимое однокомнатной квартиры, а столб огня, вызванный этим взрывом, мгновенно поднялся до пятого этажа, где находилась квартира Сергея, захлестнув всё жарким пламенем.

Сергей Воронов проснулся от щекочущего запаха гари, настойчиво проникающего в лёгкие через нос и уже открытый для свободного дыхания рот, неумолимо вызывающий дыхательный спазм.

- А-ха-грх-кхм. Пчхи, ахгррр. Блин, что это?

Сергей окончательно проснулся и тут же ощутил, как волна жара накрывает его полыхающую квартиру. Потихоньку горел диван, горели старые, ещё бабушкины шторы, бумажные обои, шкаф, комод и все деревянные двери.

Сообразив, в какую переделку он попал, Сергей отчаянно заметался в поисках выхода, но было уже поздно, огонь пылал везде, он стал обжигать его тело своим горячим дыханием. В поисках выхода, Сергей успел открыть балконную дверь, но приток свежего воздуха только добавил ярости огню. От полученных ожогов его разум помутился, он запаниковал, не в силах найти выход из квартиры, полностью заполненной дымом и огнём.

Его душа, покинув бренное двадцативосьмилетнее тело обычного фрилансера, устремилась ввысь, туда, где и было её место, и где собирались души всех людей, для последующей реинкарнации. Но, по природе своей, она несла тот же отпечаток лени, что и её бывший владелец, и, неторопливо направляясь к месту сбора, она застряла где-то на полпути между этим миром и тем, о котором мы ничего не знаем.

Заблудившись в пространстве и перепутав время и мир, она внезапно ощутила родственное ей по духу свободное тело, которое уже оставила своя душа, и устремилась вниз, чтобы занять так кстати освободившееся тело, которое, она чувствовала, ещё держалось за этот мир последними искрами жизни.