Морская инквизиция: Мир колонизаторов и магии

Голые, иссушенные ноги торчали у него из-под рясы, а обнаженные плечи и худая шея поддерживали голову, казавшуюся на их фоне огромной, на которой неаккуратно торчали волосы, давно забывшие, что такое стрижка.

Тонзура падре давно уже заросла, и теперь ничего больше не напоминало о том, что этот старик был когда-то не только священником, но и инквизитором. Всё это прекрасно поняли и голландцы, не питая никаких иллюзий на счёт отношения к себе пиратов.

Но капитан корабля, коренастый моряк с кривыми ногами и с круглым, заросшим бородой по самые уши, лицом, не собирался сдаваться и продолжал настаивать на том, что кроме судовой кассы и груза, на корабле ничего из ценностей не было.

Тут уже Гасконец не выдержал и, оттолкнув Пижона, который продолжал морально издеваться над моряками, схватил капитана за его бороду и, грубо притянув к себе, зарычал ему прямо в лицо.

- Послушай, Ван дер Леевен, или как там тебя. Мне надоело твоё упорство! Или ты сейчас рассказываешь, где ты спрятал ещё пятьсот гульденов, или будешь плясать под килем нашего корабля, как недавно это проделал тот мальчишка.

Ну?!!!

Капитан был либо тёртым орешком, либо сильно жадным, хоть и было видно, что он боится пиратов, но он по-прежнему молчал, как молчала и вся команда оставшихся ещё в живых моряков.

- Вы ещё за это ответите перед Богом, а если повезёт, то и перед законом, вы не имеете права на нас нападать и грабить, - наконец смог ответить капитан голландского судна.

- У меня есть каперская грамота, осёл! И я отвечу перед законом, но перед французским, а не твоим.

Либо ты говоришь, где спрятал на судне своё серебро, либо… - и он «уронил» голландца на палубу, сбив его подсечкой, а потом грубо приложил его лицом о твёрдую палубу, разбив нос, губы и брови.

На ноги голландец поднялся уже весь окровавленный, но это не остановило Гасконца, он продолжал избивать моряка, несмотря на его слабые попытки защититься. Перестав бить его руками, он дал волю ногам, сломав моряку, наверняка, не одно ребро.

На все крики несчастного о том, что он отдал все гульдены, которые у него были, следовал только очередной удар; пока, хлюпающий кровью, голландец не признался и не указал на место, где у него ещё были спрятаны деньги и немногие оставшиеся ценности. Отправленный за ними в тайник пират быстро принёс несколько дешёвых серебряных колец и одно золотое, бывшее, скорее всего, обручальным. Вместе с ними в тайнике были найдены ещё двести гульденов, но на этом и всё.