Ярчуки

– Ты не умеешь, – он умеет, – кивнула на Хому зловещая баба. – А ты и на подхвате сгодишься.

Онемевший казак почуял, как подгибаются ноги. Да о чем она?!

– Ниток вощёных найдите да иглу шорную, – приказала ведьма. – Да гляньте хорошенько, может, подточить иглу надобно. А я пока подруженьку красавице приведу.

Разбрелись хлопцы по корчме – огонь в очаге едва тлел, от свечки больше тени по стенам скакали, чем свету было. И где те поганые иглы искать?

Хома шарахнулся от большой тени, согнувшейся за столом у бочонков – то был хозяин корчмы.

Ведьма ушла в гостевые комнаты. Куда и зачем, Хоме думать было недосуг. Видимо, дьявольское заклятье малость ослабло – в душе вспугнутым зайцем заскакал опомнившийся ужас, заодно и здравые мысли в казацкой голове мелькнули. На цыпочках подскочил к сотоварищу по несчастью – тот сидел на карачках перед хозяйским столом, ощупью шарил среди хлама.

– Ты шо, сдурел?! – сущим змеем зашипел Хома.

– Да где те нитки…

– Бечь нужно! Разом!

– Куда бечь? Куда? – шепотом заблажил кудряш. – Уж попались, так попались. С головой и хвостом попались! Ты хоть знаешь, кто нас поймал, дурная твоя голова?

– Да мне… – Хома на всякий случай воздержался от ответной брани – вдруг чёртова баба до неё особо чутка? – Бечь нужно, говорю!

– Так не убежим, – лопотал кудрявый трусун.

Хома примерился было выдать хорошей плюхи с правого кулака, но, принюхавшись, передумал.

Тихо шпокнула догадливая затычка, горилка прохладная сама пошла в горло. О, то дело!

Казак перевел дух, ухватил за волосья сотоварища, сунул горло бутыли куда-то наугад. Попал. Кудряш хоть и был трус трусом, но не дураком – присосался, что тот телок.

– Тебя как звать, хлопец? – прошептал Хома, выдирая из хватких губ порядком полегчавшую бутыль.

– Анчес. Кобель-Еро Анчес, – представился кудрявый и рыгнул.

– Да уж вижу, что не сучка, – прошептал Хома, озираясь. – Что за прозвище чудное? С ляхов иль московитов родом?

– Ты казак вообще дурной или как? Говорю же: Мигель Хосе Анчес ка-баль-еро. Звание такое благородное. Вроде дворянского или панского. Гишпанец я. Из Кастилии свой древний род виду.

– Добро. Гишпанец так гишпанец, – поспешно согласился Хома, чуя, что имеет дело с завзятым брехуном. – Только не каркай – не нужно нам в костилью.