Законы стаи

Я полоскала белье и вспоминала, что стиральные машинки, вообще-то, существовали очень-очень давно, задолго до появления электричества. Только вот я не представляла, как они работают. С Оскаром, что ли, поговорить?

Вечером после ужина долго чаевничали – обсуждали, что делать с домом.

-- Там, сынок, какая-никакая мебель есть и посуды немного, можно бы и в аренду сдать, деньги лишними не бывают. А полторы серебрушки, а то и две за такой дом можно запросить.

Оскар вопросительно глянул на меня:

-- Что скажешь?

Я неопределенно пожала плечами, но мысленно, пожалуй, склонялась к тому, что аренда мне выгоднее.

Продать дом можно всегда, но ведь глупо будет проесть единственный капитал. При этом не общий, а мой, собственный.

Кроме того, ни Оскар, ни я, понятия не имели, как здесь обстоят дела с женским имуществом. Я сильно подозревала, что после обряда в храме не только моя собственность отойдет мужу, но и я сама лишусь права голоса.

-- Давай не будем торопиться. Несколько дней вполне можно подождать с решением.

Кроме того, будет время еще обсудить все завтра, как в море выйдем, – я обращалась к Оскару, но похоже Оллу мои слова насторожили. Она перевела удивленный взгляд с сына на меня, а потом снова на него, и спросила:

-- Ты собираешься взять ее в море?

-- Да, вдвоем сподручнее, – спокойно пояснил Оскар.

Олла недовольно покачала головой и несколько робко возразила:

-- Сынок, не женское это дело – в море ходить. Опять же – что в стае твоей скажут?

-- А какая им разница? – Оскар чуть насторожился.

-- Оно, конечно, с помощником-то легче, отец твой тоже первое время брал меня с собой. Только ведь насмехаться начали над ним…

-- Да и пусть насмехаются, я все равно буду делать, как мне нужно.

Я видела, что эта новость Оллу огорчила, но не слишком поняла причину. Переживала ли она за сына, за его репутацию или за возможные конфликты?

Когда мы укладывались спать, я попыталась уточнить, и ответ мне не понравился.

-- Так ведь, деточка, кто может помощников-то с собой берут. Кто брата младшего, а кто и сына подросшего.

Оно, понятно дело, вдвоем-то сподручнее, а только вот женщин брать не принято. Начнут насмехаться, слово за слово, дело-то молодое…

-- Вы боитесь, что Оскар подерется? – чем-то мой вопрос, похоже, смутил Оллу. Она долго возилась в кровати, устраиваясь удобнее, вздыхала и молчала. Наконец, повернувшись лицом к стене, глухо ответила:

-- Кто его знает, как оно там будет, а только лучше бы не рисковать. Давай-ка спать – устала я сегодня.