Легенда.

Гулять, меда пить, закуски вкушать да песни петь, через костры прыгать да хороводы водить. Весь день да вечер, да ночь не ночь, благословляя молодых в опочивальню, а утром, всем обществом рубаху ночную, белую, со следами капель крови, чистоты свидетельницы, на крыльце вывешенной, согласно обряда рассматривать.

Завтра будет новый день, и только боги знают — будет ли он счастливым и спокойным, ну а сегодня свадьба. Пир. Сегодня любо!

Глава 2 Баян

Утро. Оно бывает хмурое, бывает тревожное, бывает доброе, а бывает вот такое, как сейчас— наполненное счастьем, эйфорией проведенной ночи.

Федогран наслаждался. Лежал на дубовой, резной в завитушках причудливого орнамента кровати, утопая в облаке перины на лебяжьем пуху, положив голову на тугую белоснежную подушку с кренделями вязаного орнамента, смотрел как Алина, красная от смущения, одевает сарафан и улыбался.

— Отвернись, охальник. — Сверкнула девушка в его сторону глазами, в которых не было злости и покраснела. Смех, смущение, просьба, все смешалось в этом взгляде, а вот злости не было.

— Вот еще. — Фыркнул парень. — Ты жена мне. Хочу, смотрю, а хочу, обнимаю. — Он засмеялся и протянул к ней руки. — Зачем встала? Рано еще.

— Петухи уж петь перестали, а ты говоришь рано. Поднимайся лентяй. Да не тяни ты ко мне руки. — Она со смехом шлепнула по протянутым к талии ладоням. — Хватит уже, на вечер оставь. Там гости ждут нашего выхода, а мы с кровати встать не можем.

— Не больно-то они скучают. — Кивнул молодой муж в сторону окна, где звучал смех и песни.

— Нет, не почудилось. То скоморохи приехали. Я слышала, давеча, что их князюшко наш нанял, да прислал на свадьбу. Люб ты Сославу, вот он и озаботился.

— Это на чем же они играли?

— Вот чудной. — Рассмеялась Алинка, и ткнула его кулачком в лоб. — На гуслях конечно, на чем же еще. Квасу хочешь? — Подхватила она со стола кувшин и ловко налив в кружку, протянула мужу.

— Спасибо родная. Действительно пить хочется.

Вставать не хотелось. В коем веке предоставилась возможность никуда не торопиться. Поваляться в перине, а не на голой земле, укрывшись теплым одеялом, а не промозглым рассветом, смотреть на жену, а не на строй наступающих врагов. Насладится покоем и счастьем. Отдохнуть душой от всего, что свалилось на него в последний, с лишнем, год. Но оно того стоило.

Любимая жена, верные друзья, свой дом, наполненный счастьем.