Легенда.

Гори оно все синим пламенем. Все дела подождут. Надо выспаться как следует, а уж потом...».

Тишину берега болота нарушало только легкое похрапывание и сопение трех безвольных тел, когда тень заслонила солнце, захлопали крылья, и нежный голос произнес:

— Спите соколики. Не волнуйтесь. Вам больше не о чем беспокоиться. Отныне вы наши. Скоро он придет и все устроит как надо, а я пока попою для вас и подожду.

Глава 7 Берег болота, не место для сна

Проснулся Федогран мгновенно, словно кто-то, жесткой, безжалостной рукой включил сознание.

Ткнул выключатель, щелкнул клавишей, и мир наполнился светом, звуками, запахами и ощущениями. Первое желание было закричать и выругаться, но он его подавил. Тело не слушалось. Он чувствовал и руки и ноги, но пошевелить ничем не мог, словно куколка запеленованная пахнувшими тиной веревками. Единственное, что слушалось, это голова, но попытка оторвать ее от жесткого ложа, отозвалась тупой, впившейся в кожу болью, перехватившей дыхание в горле. Все те же проклятые веревки.

Солнце нестерпимо обжигало обнаженное тело. Федогран аккуратно сделал единственно, что мог. Повернул немного голову набок. Открывшаяся взору картина не радовала. Одежда, сваленная кучей лежала неподалеку, там же находились щит и копье, воткнутое острием в землю. Духи в них молчали, погруженные в глубокий сон. Меча не было видно, но он обнаружился тут же, рядом с нашим героем, валяющимся прямо у левого бока, в сорванных с перевязи ножнах, и он, в отличие от остальных не спал, но освободится без посторонней помощи не мог, и только ворочался внутри энергетикой стального тела.

Неподалеку посапывало во сне голое тело рыцаря. Спутник Федограна блаженно пускал слюни и что-то бормотал, растягивая в улыбке губы, привязанный к широкой доске на ножках, как пациент под наркозом, на операционном столе, перед приходом хирурга. Неподалеку также в бессознательном состоянии, и в таком же плачевном положении, находились еще два тела: Бер громыхал богатырским храпом, а Вул постанывал и морщился неприятным снам.

Ни шишка, ни лешего видно не было.

— Сколько их еще тут вялить? Вроде всех собрали? Может уже можно мяска парного отведать. Первые уже вроде созрели. — Грубый, глухой, мужской голос прозвучал неожиданно. Говорили где-то рядом, сзади, посмотреть не получалось, веревки не давали на столько сильно повернуть голову.

— Немного попозже, мне надо отлучиться ненадолго. А ты тут будь повнимательнее, на меч тот поглядывай, не нравится мне он.