Легенда.

Думали, что все, не выкарабкаешься. Но я верила, я знала. Ты сильный, и боги тебя любят, не дадут сгинуть.

— Моренено пламя? — Не понял Федогран.

— Ну да. Когда рана грязная, то тело чернеть начинает, и затем смерть.

— Гангрена. — Понял парень.

— Не знаю о чем ты, я иногда твоих речей не понимаю. Улыбнулась сквозь слезы Алина.

— Не важно. — Федогран притянул девушку здоровой рукой к себе и поцеловал. — Тебе нельзя волноваться. Сыну нашему это вредно.

— У нас первой дочка будет.

— Ответила на поцелуй жена. — Я Мокошь просила, требы к ней отнесла. Девочка мне помощницей будет.

— Нет, родная, сын будет, мне так Девана сказала. И назовем мы его Кром, в честь последнего волота. Я ему жизнью обязан, и обещал сына в его честь назвать.

— Девана? — В голосе Алины послышались нотки ревности.

— Девана. — Рассмеялся богатырь. — Не ревнуй меня к дочери Перуна. Она этого не потерпит. Налей лучше кваску. Пить очень хочется.

Глава 5 Рыцарь

Вольх сидел рядом на массивном табурете, и смотрел в пол не поднимая глаз. Федогран его не торопил и ждал.

Оборотень пришел к вечеру. Тихо постучал, извинился за беспокойство, попросил Алину оставить его с мужем наедине, сел, и с тех пор молчал, видимо подбирая слова.

— Я не буду извиняться и просить прощения. — Наконец заговорил он глухим голосом. — Это все слова, а слова это просто звук, и сотрясание воздуха. Мужчину характеризуют не это, его характеризуют поступки.

Мои последние деяния — это подлость и предательство. Я это понял, и мне стыдно. Трудно объяснить почему поступил так. Чернобог умеет черное превратить в белое, и играя на чувствах все перевернуть с ног на голову. Я не был готов ему противостоять.

Когда ко мне пришел Горын, я принял его холодно. Он представился как борец за справедливость. Долго рассказывал про богов, пенял на их бездеятельность, оторванность от земных дел, про несправедливое деление богатств, про то, что сильный и слабый имеют одни и те же права, что воин защищает крестьянина и ремесленника, рискует жизнью, а в ответ получают столько же сколько и они.

Что так не должно быть.

Красиво говорил. Правильно. Я слушал и в душе копилась злость на существующий порядок вещей, а он все подливал и подливал масла в огонь, и я начал ему доверять и соглашаться.