Легенда.

Вниз по склону, вопя открытым ртом что-то не членораздельное, летел перепрыгивая через трупы Горын. Ему страшно, он дрожит, но он раб, и не смеет противиться воле хозяина. Смерть почему-то не так страшна, как гнев бога лжи. Воля предавшего предков духа подавлена Чернобогом, и не имеет собственных желаний.

Шипастая дубина, вскинутая над головой, огромные, выпученные ужасом глаза, текущие с клыков слюни, и вопль, срывающийся в визг. Отвратительное зрелище. Федогран поморщился. Это не соперник, это очередная задержка, однако которая потребует сил, а они нужны для решающей схватки.

— Оставь его мне. — На плече легла морщинистая ладонь. — Не распыляйся. Иди вперед, дорога свободна.

Вышень запрыгнул на мамонта и устремился на встречу Горыну. Раба Чернобога втоптала в землю огромная лапа мохнатого животного, оборвав жизнь предателя. Теперь он узнает, чего стоит благодарность хозяина. Осознает все, как когда-то Аджу, но будет уже поздно. Теперь он просто вкусная еда.

— Пришло и наше время Братья. — Федогран вытянул из ножен меч.

— Плечом к плечу. — Встал рядом Вул.

— Повеселимся напоследок. — Улыбнулся Бер.

— И пусть враги сохнут. — Взлетел на плечо Федограна, непонятно как оказавшийся тут, весь залитый кровью шишок. — Чего? — Стрельнул он глазами на обернувшихся к нему братьев. — Хотели без меня подохнуть? Не дождётесь! — Он рассмеялся, и вдруг стал серьезен. — Веди князь. Я с тобой до конца.

Четверка героев пошла вперед, поднимаясь все выше и выше по склону. Заваленное трупами, залитое кровью поле боя осталось позади. Попытавшихся присоединиться к ним князей и вождей, Федогран не взял. Это его бой. Его и его братьев. Может еще Богов и Чащуна с Ягирой. Остальные только помеха. Дополнительный корм для бога лжи.

Небожители обессилены и умирают у себя в пантеоне, а духи сгинули где-то, похороненные под остывающими телами, и возможно мертвы, но не стоит останавливаться и скорбеть.

На фоне мраморного, с прожилками яхонта, арочного, подрагивающего всполохами голубого сияния, входа, стоял Чернобог. За его спиной, в глубине пещеры на постаменте из играющего огнями, гигантского бриллианта, укрытый покрывалом клубящегося ночного мрака, лежал шар, вернее сгусток плазмы, скрижали Рода.