Легенда.

Амирдовлат не подвел, выполнил приказ как надо, подавил в себе зарождающуюся панику и не бросился бежать. Отступил в проход, и встал за спиной приготовившись к схватке.

Наступила пауза. Сипауши не нападали, опасаясь силы божественного оружия, Федогран также бездействовал, перейдя в оборону, а ведьма смеялась, ничего не замечая вокруг. Но длилось это не долго.

Аджу наконец обратила внимание на то, что, что-то идет не так, и посмотрела ставшими мгновенно серьезными глазами на своих слуг и Федограна.

- Вы чего застыли, трусливые твари! – Взревела она, засверкав гневом в черных зрачках. – Меча испугались? Нет в нем той силы, что была раньше, не поддерживают ее больше старые боги. Убейте Федограна, порвите его и этого старого, упрямого, тупого лекаря, на куски. Я дарю вам за это их кровь, а того, кто принесет головы, награжу благословением королевы смерти, и он скинет гниль с тела, став вновь свежим покойником.

Сипауши встрепенулись, в их пустых глазницах вспыхнули красные искры алчности и злобы, и они, одновременно прыгнули вперед, в атаку.

Федограна обдало смердящим трупным запахом, и тут же взревел от боли разрываемый окаменелыми от времени ногтями в щите Никто, заполыхал огненным смерчем божественный меч, рисуя замысловатые узоры смерти.

Капли гноя и черной крови, покрыли пол, а по ним покатились обрубки рук, ног, голов, но не умирали, а упрямо ползли вперед, пытаясь укусить, схватить, поставить подножку, уронить вкусного врага, кровь которого обещана в награду.

Конечности потом быстро прирастут на место, плоть восстановиться, ведьма поможет, она всегда это делает, если пострадать во время выполнения ее приказа. Это мелочи, и не стоит обращать на них внимания, а вот свежая кровь смертного, и полная регенерация тела… Вот это та награда, ради которой можно и потерпеть временные неудобства, тем более что первые ароматные капли уже упали блаженством на атакующих, разбудив жадность в мертвых душах, и дикий, ненасытный голод.

Как бы не был быстр и ловок Федогран, как бы не старался Никто, прикрыть друга телом, как бы не порхал меч огненной молнией разрезая гниющую плоть, но враг был слишком многочисленен и не уступал богатырю в скорости.