Легенда.

Соскучился по жаренному мясу, сырая свежатина и орехи, чем потчуют Агач-киши, в глотку не лезут.

— Вот это другой разговор, вот это мне по нраву. — Рассмеялся Амирдовлат. — А-то помирать он собрался. Пошли. Сделаем то, зачем пришли. Освободим мир от заразы.

Глава 27 Склеп

- Кап! Кап! Кап! – Говорили гулкие капли отражающимся, предупреждающим об опасности, многоголосым эхом.

Вы думаете, дорогой мой читатель, что капли не разговаривают? Ошибаетесь. Попробуйте спуститься, пусть даже солнечным днем, в мрачное подземелье, начитавшись перед этим страшных историй, или насмотревшись до дрожи фильмов, где ужасы выпрыгивают из экрана кровавыми щупальцами уродливого страха.

- Кап! – Громко, жутко, по темечку камнем паники, и по телу изморозью дрожи, а спустя время еще раз, — кап! – Словно вопль: «Беги!!!». И уже что-то совсем не хочется тут оставаться. И вся смелость рухнула куда-то вниз, а еще, вдобавок: «Хрусть», — песок под ногами, и ты не понял, как уже оказался снаружи, под теплым солнышком, но тебя почему-то колотит мелкая дрожь.

Попробуйте на досуге, и поймете, какие чувства испытывал наш герой. Вам вряд ли понравиться. Ведь неизвестно, что там ждет впереди, в темноте. Может смерть, а может просто привиделось, померещилось что-то? Неизвестность, это вам не кино, и не игрушка, и воскрешения, если случится умереть, в месте сохранения не будет, вы уйдете к предкам, один раз и навсегда.

Страшно?

Сапоги хрустели по рассыпанному по полу веками накопленному мусору, а где-то впереди капала вода.

Странный склеп. Узкий коридор с нишами, где белели холмики осыпавшегося праха истлевшей плоти и обломков разгрызенных кем-то костей скелетов, как напоминания о неизбежности.

Не так себе представлял парень древние усыпальницы. Не должно быть в них длинного тоннеля. Спуск и дальше зал, с каменным гробом, вот и все, что рисовало раньше воображение, а здесь убегающий в мрак путь, словно это не склеп, а пещера.

Сзади шуршал сапогами настороженный Амирдовлат, его учащенное, слегка хриплое дыхание, говорило о крайней взволнованности старика.

Федогран вспомнил полученную от него оплеуху, и улыбнулся. Действенное оказалось средство. Вместе с оскорблениями, в миг всю хандру сняло. Сразу захотелось жить и сражаться, и успокоительных пилюль не надо. Антидепрессанты не понадобились. Хрясть, и все, как водичкой ключевой из ведра окатили.