Легенда.

— А ты чего в кокошнике, красавица. Мне твои распущенные волосы больше нравятся. — Засмеялся Илька, обернувшись к жене Федограна.

Девушка вздрогнула, покраснела, схватилась за головной убор, уронив поднос и едва не села на пол.

Надо пояснить, дорогой мой читатель, что распущенные женские волосы, считались в те времена непотребством, символом гулящей особы, видеть их могли только подруги да муж в спальне. От того и такая реакция была у девушки на слова шишка.

— Ты что же? Ты у нас в спаленке был, маленький гаденыш? — Краска окончательно залила ее лицо, сделав пурпурным.

— Что ты, красавица, как я мог... — Начал было оправдываться негодник, но заболтал ногами, схваченный Федограном за шкирку.

— Говори. Был или нет, паскудник. Правду! — Рявкнул богатырь, сверля глазами трепыхающееся перед лицом тельце.

— Как можно. Брат. Что я, не понимаю. Не было меня в спальне. Мы с домовым и банником всю ночь мед в овине пили. Набрались так, что я проспал.

— Врешь, гаденыш, ты не пьянеешь.

— Богами клянусь.

— Верю. — Опустил брата на стол Федогран. — Но ежели узнаю противное. Удушу. — Не был он в спальне, Алинушка. Пошутковал он неудачно. — Встал богатырь, подошел и обнял жену.

— Однако весело у вас. — Рассмеялся гусляр.

— Про это баллады слагать не надо. — Федогран так на него посмотрел, что тот сразу сообразил, что действительно не стоит.

— Там это... Там стенка на стенку сейчас сойдутся. Пошли посмотрим. — Осмелел шишок, когда понял, что опасность миновала.

Легкий морозец слегка пощипывал щеки. Позднее утро. На поляне, у городских ворот собрались обнаженные по пояс парни, выстроившись неровными линиями с двух сторон, напротив друг друга. С одной стороны в синих шароварах, с другой в красных, босыми ногами тая притоптанный снег.

Довольный, раскрасневшийся похмельем воевода, поднял руку.

— Начали. — Рявкнул махнув ладонью.

Замелькали, обмотанные тряпицами кулаки, закачались плечи, заскользили по-кошачьи ноги, помогая приемам рукопашной схватки, именуемой в народе: «мельница». Красиво. Завораживает боевой танец древних людей.

Неподалеку девушки. По случаю праздника в сарафаны нарядные одеты. Светятся все, то ли от внутреннего света, то ли от поднявшегося в небо яркого зимнего солнышка. Еще и свистят по-разбойничьи, было и такое, не стеснялись древние женщины в выражениях эмоций.