В пепел. Академия

Так что пути назад не было, и оставалось лишь надеяться, что все-таки найдется способ выкрутиться из…

Демоны! Сообразить бы еще из чего!

Роль арбитра в поединке, как водится, взял на себя наставник. Мельком глянул на выбранные противниками шпаги, и без того прекрасно зная, что они практически одинаковы; гораздо более тщательно проверил защиту – надетые поверх рубах стеганые жилеты под горло; и озвучил условия, в такт покачивая песочными часами, прихваченными с полки:

– Дорожка десять метров, кто сойдет – проигрыш; до третьего пропущенного удара, кто прохлопал два и больше – проигрыш; раунд пять минут, если никто не одержит чистой победы – ничья.

Собравшиеся на занятия курсанты вразнобой покивали – ничего нового, условия вполне привычные. Так же привычно к стойке со шпагами подошли и оба секунданта. Выбрали оружие для себя и встали с двух сторон от дорожки – примерно посередине, опустив клинки вниз и уперев концами в доски паркета. Роши, как и Пепел, чувствовал себя неспокойно, почему-то ожидая подвоха, хотя давно устоявшаяся процедура не была нарушена ни в чем.

– Начали! – отмахнул господин Сорни и перевернул часы, запустив отсчет времени.

Пепел не раздумывая бросился в атаку: для него это был единственный шанс – за счет напора и длины рук вышибить противника из границ поля боя и быстро закончить схватку. Увы, Гарлат оказался слишком опытен, чтобы купиться на такое. И слишком умел, чтобы безнаказанно спустить это Пеплу – после стремительной контратаки шпага Эрдари оказалась завязана оружием противника и чуть не вылетела у него из рук.

– Стоп!!! – первым среагировал на это Роши, бдительности и так-то никогда не терявший, а сегодня особенно. – Стоп раунд!

– Стоп раунд! – тут же откликнулся арбитр.

Но клинок Гарлата, не ограниченный больше ничем, уже летел к шее противника, целясь чуть выше защитного воротника.

Чудо совершил Роши.

Сообразив, что как положено поднять свою шпагу уже не успевает, он принял удар на гарду, и соскользнувшее по ней лезвие зацепило ему предплечье чуть выше кисти, но траекторию изменило. Пепел же, повинуясь уличному инстинкту, предпочел залечь, навзничь рухнув на дорожку.