Старшая дочь

Маша встала на лестнице пролетом выше, чтобы отлично видеть дверь в комнату Гриндора. Он не заставил себя долго ждать. Как и ожидала Маша, Фред неслышными шагами направился по ступенькам вниз, даже не подумав зайти за ней.

- Товарищ Винтер, куда это вы идете? – нарочно громко окликнула его Маша.

Фред замер на середине шага, тяжело вздохнул, но как ни в чем не бывало поднял на нее улыбчивое лицо.

- Я так и знал, что встречу вас, Мария.

- Отчего же не зашли за мной? – она медленно спускалась, по пути придерживаясь за перила вытянутой рукой.

- А я заранее знал, что вы будете меня ждать. Я, знаете ли, вечно опаздываю и привык к этому.

- Врунишка! – Маша легонько шлепнула его перчатками по плечу, - Вы хотели сбежать. Я обязательно обижусь на вас, после того, как вы выполните обещание и возьмете меня с собой в вашу вечернюю экспедицию.

- А ваша подруга знает о ваших планах в столь поздний час? – спросил Фред, когда они вышли на набережную.

- Нет. В отличие от вас я держу свои обещания. Вы ведь сами просили меня ничего не рассказывать Анне.

- Просил, но вы не думаете, что Анна станет о вас волноваться?

- Она же не думает о моих волнениях, когда уходит куда-то на весь день, а вернувшись не говорит ни слова, так почему же я должна?

- Вы поссорились?

- Нет… то есть да, но нет. Я не знаю. С тех пор как мы приехали в Блекфорд, Анна сама не своя: злая, холодная.

Иногда мне кажется, она меня презирает.

- Разве есть за что?

- Конечно, нет. Ума не приложу, что с ней творится.

Набережная в этот час была полна людей. Фред осторожничал и озирался.

- Думаю, дальше нам следует не рисковать и идти дворами.

Взяв Машу под руку, он резко свернул в узкий переулок, освещенный лишь наполовину. Когда стало совсем темно, они пробирались ощупью, ступая нарочно аккуратно, чтобы не наступить на случайного нищего, уснувшего на дороге.

Один переулок сменялся другим. Днем Фред уже продумал для себя этот маршрут, поэтому в темноте был ловок, как кошка. Ветер разогнал тучи, обнажив звездное небо. Очередной переулок вывел их сначала к безлюдной дороге, а затем на широкую площадь возле обветшалого собора. Если бы не множество следов на снегу, можно было подумать, что это место совершенно заброшено.