Старшая дочь

На расстегнутом сюртуке заметно недоставало пуговиц. Костяшки правой руки, которую Фред нарочно положил на стол, краснели свежими ссадинами, демонстрируя, что он совсем недавно снова с кем-то дрался. На глазах Анны разыгрывался спектакль. Сейчас перед ней сидел не Фред Гриндор, а Рихард Винтер.

- Отвратительное утро, не находите? – спросил он.

- Отнюдь, очень даже приятное, - удивился Карл, - Мы вас и заждались уже. Садитесь, позавтракайте с нами.

- Спасибо, я не голоден, - отозвался он с видом человека, который с удовольствием съел бы целого теленка, но не имел в кармане ни гроша.

- Тогда просто посидите с нами, прошу вас.

- Вас? – Фред едва заметно ткнул друга локтем, - С чего это ты нынче решил мне выкать, мы ведь друзья с детства?

- О, точно, - Карл так и знал, что сделает что-то не так, - Позволь полюбопытствовать, Рихард, а где ты был в такую рань? Я думал ты спишь еще.

- Ха! Это вы, королевские офицеры, привыкли спать до обеда, а простой трудовой народ себе такой роскоши позволить не может.

Мне пришлось отлучиться по одному чрезвычайному делу, - он машинально потер пораненную руку.

Карл понимал, Фред играл типичного революционера – вспыльчивого и постоянно готового бороться с преступным буржуазным режимом, но не так же грубо, в самом деле!

- Ну коли так, ты хотя бы мог зайти купить барышням цветы, - упрекнул он.

Фред смерил его презрительным взглядом.

- Дарить женщинам цветы? Какой вздор! – он обернулся к Маше, - Скажите, неужели вы бы действительно обрадовались, если бы я сейчас принес вам цветы?

- Если честно – нет! – Маша едва сдержала радостную улыбку.

Разговор явно клонился к теме феминизма, и она была счастлива показать себя, - Я считаю, что даря женщинам цветы, мужчины просто откупаются от них, обесценивают их значение. Ведь друг другу они цветы не дарят. Любой женщине нужны поступки, нужно уважение, равенство, честность, но никак не бездушная вязанка цветов, которые завянут назавтра! Ты согласна со мной, Аня?

- Да, - рассеянно отозвалась Анна, чтобы хотя бы что-то ответить.

- Вот видишь! – кивнул Фред Карлу.

Шварц помрачнел. Сейчас он был бесконечно зол на Его Высочество, но все равно смиренно молчал. Анне, наблюдавшей эту картину стало очень жаль бедного офицера.

«Ты же нагло используешь его, – думала она, - Выставляешь своего друга недотепой, чтобы выгоднее смотреться на его фоне! Догадался о взглядах Маши и теперь притворяешься карикатурным радикалом-нигилистом, чтобы ей понравиться. Но зачем?..