Тмутараканский лекарь

- Давай нападем на них, пока они выпивают, – сжимая кулаки, сказал брат Артемий. – Неохота мне быть рабом у поганых. Я смогу одолеть тех троих, а может, с Божьей помощью, и больше.

- Ты-то, может, троих-четверых и победишь, а вот мы с Тихомиром вряд ли. И будет с нами то же самое, что и с ними, – Сергей показал на лежащие возле телеги тела.

- Хватит разговаривать, пора к хану Шарукану возвращаться, – крикнул по-половецки командир отряда кочевников, не знавший русского языка, и рассек воздух кнутом.

К этому моменту остальные половцы уже осушили два кувшина с вином и шумно между собой о чем-то спорили. Они забрали все припасы с телеги и собрали оружие у погибших русских воинов. Несчастных лекарей окружили и повели в сторону их бывшего лагеря. Так Матвеев второй раз в жизни оказался в половецком плену. Он не мог поверить, что все случилось так быстро, да и его друзья тоже были ошеломлены.

По пути им встретились еще несколько небольших групп кочевников, гнавших перед собой коров, коз и лошадей, украденных из окрестных деревень.

Некоторые вели заплаканных пленных русских девушек, по всей видимости понимавших, какая судьба их вскоре ожидает.

- Урусские воины бежали, как зайцы. Деревни теперь охранять некому, – сказал, поравнявшись с ними, один из половцев. – Пришло время хорошенько увеличить наши стада. Завтра поедем в другие села за добычей. Присоединяйся к нам, Чепухай-бей!

- Теперь вся земля урусов – наша законная добыча! Слава хану Шарукану! – ответил ему командир отряда, взявшего в плен Сергея и его подопечных.

Матвеев прикусил губу, чтобы не расхохотаться, осознав, как зовут их поработителя, но вовремя спохватился. «Чепухай… Надо же было такое имечко придумать! Быть рабом Чепухая – это не просто… А если бы он основал город, как это сделал Шарукан, то как бы этот населенный пункт назывался – Чепухань?».

Однако вскоре от его веселья не осталось и следа. Когда половецкие налетчики с русскими пленниками вброд переправились через Альту и проехали с версту на восток, их взору предстало поле, усеянное телами сотен павших русских воинов.

Вперемешку с ними лежали и мертвые половцы, но их было значительно меньше. День был солнечный и ясный, и впору было бы любоваться природой и наслаждаться хорошей сентябрьской погодой, и тем неестественней казалась эта ужасная картина. Со всех сторон доносились стоны раненых и предсмертные хрипы. Над мертвецами уже кружили стервятники.