Попаданка для Жестокого Короля

К удивлению последней, не произнеся при этом ни слова.

- Если дядюшка смог это подстроить, то он либо колдун, либо сверх-великий кукловод, - с горечью произнесла Аля.

- Когда столько лет находишься у власти, учишься любую ситуации поворачивать так, чтобы найти в ней свои интересы. И Альбус Монтэйн в этом гроссмейстер.

- Любой ситуации? Эта ситуация – полная задница!

- Ты так странно стала выражаться с тех пор, как упала с лошади. Признаться, я не всегда тебя понимаю. Порой мне кажется, ты забываешь о том, что такое благопристойность…

- В пекло всякую благопристойность! Я не хочу выходить замуж за капризного мальчишку, который даже член в штанах держать не умеет.

- Думаешь, я хотела стать женой Ингарду Даркфэйту? Мне было почти двадцать, а моему «мужу» едва исполнилось тринадцать.

Аля подавилась словами, которые уже просились на язык, в изумлении уставившись на кузину:

- Тринадцать лет?.. Ты это серьёзно? Но это же… знаешь, в другом мире за подобное можно присесть лет на десять.

- Я ни слова не поняла из того, что ты сказала.

- Я сказала – ноль процентов одобрения и сто процентов осуждения тому, кто устраивает подобные «браки». Будто само по себе это мероприятие недостаточно омерзительно, чтобы дополнять его такими перверсиями.

- Не могла бы ты говорить со мной нормальным языком, который я могла бы понимать?

- Как же прошла брачная ночь? Они ведь не заставляли вас исполнять супружеские обязанности?

- Ты порой задаёшь странные вопросы.

- Тринадцатилетний мальчик, - с ужасом повторила Аля. – Полный ужас. И что? Ребёнок справился?

- Меньше, чем потом хвастался. Будто взял меня за ночь не меньше дюжины раз. Но – справился. Ингард всегда со всем справляется.

- Как ты это пережила?

Аля даже представлять не хотела.

- В этом не было радости. Но супружество не для радости придумано. Я исполняла свой долг.

- Зачем?

Литнес поглядела на неё, как на идиотку:

- Потому, что не было выбора.

Лёжа в кровати, Аля скользила взглядом по гобелену. Её не оставляла мысль, что эту ловушку ей приготовили изначально. Кто-то должен быть принесён в жертву. Можно, конечно, продолжать сопротивляться и закатывать истерики. По идее ей семнадцать.