40000 лет назад

От солнца отделился, вспыхивающий яркими языками пламени луч, и неторопливо, протуберанцем, опустился на дно ущелья, а через короткое время, показался над краем пропасти с мечем, в пылающей жаром сюрреалистической ладони, без руки, сжатой в кулак, на рукояти оружия. Неторопливо, как в замедленной съемке, клинок приблизился к Федограну, и бережно опустился у его ног. Пылающий кулак выставил в верх большой палец, в столь узнаваемом жесте, и луч, с резким хлопком, скрылся в солнце, подмигнувшем одобрительно (как всем показалось), застывшим, с открытыми ртами, людям.

Такого никто еще из них не видел. Сам Ярило, удостоил своего внимания и заботы богатыря. Теперь будет, что петь в былинах. Будет чем хвастаться перед соплеменниками.

Под землю спускались, держа Федограна под мышки, наш герой еле переставлял ноги, а его глаза закрывались на ходу от усталости. Впереди прецессии бежал один из воинов и зажигал давно потухшие факелы, освещавшие путь, их мерцание убаюкивало, а восхищенное шептание идущих следом воинов, делящихся своими впечатлениями от пережитого дня, действовало как колыбельная песня.

Ему снился дивный сон:

Смеющаяся мама поцеловала его в лоб, и отошла назад, помахав на прощание рукой. Она взяла, появившегося из солнечного света отца, под руку, и уже вместе с ним пошла в расступающееся при приближении небо, по светящейся радугой дорожке, где впереди выплывал из небытия, цветущий майский парк с лавочкой, на которой сидела и целовалась Светка с незнакомым ему парнем.

Родители обернулись, взмахнув на прощание руками, рассмеялись и растаяли в светящимся мареве вместе с парком, а из появившейся на этом месте зари с улыбающимся солнцем, вышли радостные Вул, Бер и Илька, которым махали сидящие на зеленом лугу, и разговаривающие о чем-то Яробуд и Чащун.

А потом все пропало, и он окончательно погрузился в пропасть глубокого, лечебного сна.

Глава 28 Водяной

Костер потрескивал искрами, приятно согревая спину. Федогран проснулся мгновенно, словно вывалился из плотного пыльного мешка. Затуманенное Морфеем сознание, не сразу восприняло действительность. Вокруг темное звездное небо, с серпом новорожденной луны, отражающимся в дорожке мерцающего света, на мелкой ряби огромного озера. Рядом, полу прогоревший костер и довольный, улыбающийся сгусток мрака Коломрак.

— Мог бы еще поспать.