40000 лет назад

Трупы врагов собрали дружинники и местные жители, сожгли, как и положено по заветам, на опушке леса, подальше от деревни и поближе к дровам. Просто так бросить не смогли. Пусть и вороги, но все же живые души. Обряд упокоения провести необходимо, как предки завещали, а дальше пусть с ними боги разбираются.

Сожгли Яробуда на следующее после сражения утро. За ночь обмыли, обрядили в чистое, как и положено. Одежду благодарные жители принесли: белую рубаху с вышитыми красной нитью прощальными рунами, и белые глаженые порты.

Запричитали деревенские бабы:

Ой, я пришла-прикатиласе,Ой, на прощально кострище,Ой, вместо родимые батюшке,Ой, хоть ты выстань двоюродныя,Ой, дай Яробуда повынесьти,Ой, круцину поизбавити,Ой, надожжитё, буйны ветры,Ой, розьнеситё серы пеплыОй, с другоданныё батюшке.

И костер вспыхнул ярким бездымным пламенем сухих дров, с треском взметнув к небу искры, унося к предкам беспокойную душу.

В город возвращались с победой. Но не смеха ни шуток, не бравурных речей, вечных спутников таких мероприятий не было. Молчаливые, мрачные воины въезжали в ворота города, целовали, свесившись с коня, жен, и так же молча разъезжались по домам.

Взявшись за стремя, Федограна встретила Алина. Ее полные сострадания, карие бездонные глаза, омыли душу воина теплом и нежностью, слегка погасив боль утраты. Так вдвоем, они доехали до конюшни. Парень расседлал Чепрака, протер потные бока лошади, задал овса в ясли, но внутрь помещения так и не зашел. Не хватило сил, видеть то, где совсем недавно, еще живой друг кидался сапогом в ненавистного петуха. Почему-то этот краткий момент из жизни особенно сильно врезался в память, и также особенно сильно царапал душу.

— Давай просто помолчим. — Сказал он, глядя девушке прямо в глаза. Она кивнула соглашаясь.

Они ушли из города взявшись за руки, и потом всю ночь просидели на опушке леса обнявшись. Смотрели на звезды, встречали рассвет, и вместе роняли беззвучные слезы в траву. Он вспоминая учителя, она сострадая вместе с ним. Это и была настоящая любовь.

На следующий день его позвал к себе воевода. Боярин сидел мрачный.