40000 лет назад

— Ты сказала тренировочный бой, и я согласился. — Его губы сжались в гневную полоску.

— Кровью, ты договор скреплял? — Ведьма взмахнула неизвестно от куда появившимся в ее руках свитком.

— Ну я. — Он сделал шал назад, задохнувшись словами, как будто его ударили в грудь.

— Вот и исполняй. Убей сосунка. — Еще громче захохотала старуха.

— Ты меня обманула. — Огромный топор просвистел в том месте, где была голова ведьмы, но прошла сквозь шею, не причинив вреда.

— Давай. Не глупи. Исполняй начертанное. — Она гневно сверкнула глазами.

— Как же так? — Окутавшийся дымом Чащун, малюсенький, едва возвышавшийся над носком сапога великана дедок, с горечью посмотрел снизу в верх в глаза расстроенного, и готового заплакать от накатившей на душу безысходности, друга. — Как ты мог подписать такое, да еще кровью. — Дед опустил вниз голову и тяжело вздохнув, развернулся и пошел в сторону костра, бурча дымом что-то невразумительное.

Остановился рядом Федором, пробормотал: «Прости. Я такого не ожидал», прошел дальше, и сел на ствол, не глядя никому в глаза.

— Это же просто убийство! — Взревел Яробуд. — Как может новик справится с богатырем. Пацан против воина-великана? Я вместо него пойду. Так будет хотя бы немного честнее. — Он попытался броситься в драку, выхватив из ножен меч, но был остановлен, схватившим его вытянувшейся рукой Чащуна.

— Сидеть. — Начала расти в верх, словно резиновая Ягира, превращая посох в плеть. — Договор был на счет Федограна. Перун свидетель. Или ты, конюх, хочешь противиться воле богов?

— Остынь.

— Рявкнул раздраженно дух жизни, успокаивая Яробуда, придержав его за плечо и не глядя в глаза. — Это судьба. Мы не в праве вмешиваться. — И добавил, не поднимая головы,непонятно кому, уже другим, обреченным тоном. — Иди, покажи на что ты способен, сынок. — Федор все понял.

Волот расслабленно стоял напротив своего соперника, и угрюмо морщил недовольное лицо.

— Что же делать? — Рассуждал он тихим голосом, ведя диалог с собственными мыслями. Его обманули. Сделали это нагло и цинично, не оставив выбора.

Он должен был убить вот этого вот паренька, который так сразу ему понравился. Он чем-то напоминал ему его погибшего сына. Может быть тем же упрямством в глазах? Он не знал ответа.

— Вон как смотрит. — Бормотал он. — Ни капли страха. Знает, что сейчас умрет, а не боится, или делает вид, что ему все равно. До чего же похож на своего предка и моего потомка одновременно. Они, тоже идя на смерть, смотрели вот так же уверенно.