Сарматская царица

– Краткость, конечно, сестра таланта, но Храбр, на мой взгляд, чересчур умничал.

– Что это значит? Маруша память то мне не вернула. – Напомнила я свой диагноз.

– Ушедших на перерождение, мы складываем в кургане. Так вот он наполовину заполнен. Когда полностью закроется, тронемся на другое место.

Ах, вот оно как! Они не годами измеряют время стоянки, и даже не доступностью еды для животных, а наполненностью захоронения. Совершенно новая форма измерения времени.

– А почему вы уезжаете от курганов? Это же ваши родные, кровь и плоть! – Это немыслимо для меня, бросить могилы предков.

Храбр остановился, удивленно поднял брови вверх, разглядывая меня, потом, видимо, вспомнил мой диагноз и терпеливо начал объяснять.

– Мы простились с ними, и они ушли на перерождение. Они уже не с нами. Мы их помним и желаем им хорошего перерождения. Но их больше нет. А то, что осталось. – Он пожал плечами. – Это земля и тлен.

Странное, на мой взгляд, суждение.

– Храбр! А сколько тебе зим? – Он по-прежнему зажат и молчалив. Надо бы ему показать, что я интересуюсь именно им.

– Девятнадцать зим. – И снова молчок.

– Сегодня твоя мама приходила…

– Вождь! Ее следует так называть. Или по имени. – Прервал он меня на полуслове.

Интересно, а почему нельзя сказать мама? Ох, мне никогда не изучить их правила. Я спотыкаюсь на каждом вопросе. Права жрица, если бы не ее покровительство, уже сегодня разорвали меня конями.

– Так вот, вождь пригласила меня к себе в семью. И предоставила право выбора мужа. Скажи, что для тебя жена? – Надо как то сломать его панцирь, разговорить. Я подумала, что он волнуется по поводу моего выбора и поэтому задала прямой вопрос.

Мы уже прошли поле с лошадьми и остановились возле пологого холма.

– Пойдем, покажу! – Не успела я екнуть, как Храбр схватил меня за руку и почти бегом потащил за собой на самую вершину. Что это с ним? Как он мне покажет свой идеал жены? Об этом говорить надо! Но с другой стороны, кажется он скинул оцепенение.

– Жена это сила воина. – Мы стояли на вершине холма, плечом к плечу и смотрели на поле с лошадьми, ручей, племя сарматов и дальше, до горизонта. А Храбр говорил.

– Она источник жизни любого из нас и жизни детей. Причина чести и радости. Она - стремление души и цель бытия. Только обретя жену, сармат заканчивает круг перерождения.