Волки

И через десять дней Адриан выступает против свободных даков.

Н-да. Что делать с этим знанием? Что выбрать?

Пожалуй, за всю жизнь не было у него необходимости выбирать столь мучительно, как за один сегодняшний день.

Надо бы убираться, но, если выехать прямо сейчас, на ночь глядя, это вызовет недоумение стражи у ворот, а он и так привлёк к себе слишком много внимания. Внимание привлечь, конечно, надо бы, но он рассчитывал сделать это изящно, а не нагло дёргать всех богов за бороды.

Дардиолай справился у мальчишки, которому сдал на хранение волов с телегой, где можно переночевать.

Оказалось, в этой самой таберне, где он играл в кости и пил с ланистой, чтоб тот сдох.

За ночлег и место под крышей для скотины хозяин ничего не осмелился спросить, и так уже получил сверх всякой меры. В маленькой комнатке из мебели обнаружился только топчан с тюфяком, набитым соломой. Плотно закрытые ставни были законопачены плохо, из щелей нещадно дуло. Дардиолай всю ночь стучал зубами и ворочался. Он чувствовал себя зажатым в угол и нервничал, ежеминутно ожидая разоблачения.

Всю ночь видел глаза той женщины.

Обошлось. Никто к нему не вламывался, ни пытался хватать и вязать.

Он не знал, что в ежевечернем докладе фрументариев своему начальнику о делах в канабе, о всяких разговорах и новых людях, среди прочего прозвучало и имя Требония Руфа, странного купца, который пытался всучить квестору половину оговоренного товара. Марциала такое поведение не слишком заинтриговало, и он не пожелал свести с оным купцом личное знакомство, но имя запомнил.

Он никогда не пренебрегал мелочами, потому, когда Дардиолай на рассвете выехал из канабы, его провожала пара внимательных глаз. Однако вслед никто не поехал, что «купца» несколько расстроило. Беседа с «хвостом» была бы полезна.

Что ж, по крайней мере «берлогу» обнаружат не сразу, можно еще немного погреть бока в тепле, а то уж очень надоело коротать ночи под ёлкой.

IX. Засада

Дверь в принципий отворилась, впустив внутрь холодное дыхание Борея. Пару папирусов сдуло со стола.

Марциал успел поймать один из них и с неудовольствием взглянул на вошедшего.

Гентиан прошёл к столу, рывком развернул один из стульев и уселся. При этом бесцеремонно облокотился на столешницу, подвинув один из кожаных футляров так, что едва не сбросил его на пол. Марциал покачал головой, спас футляр от падения и нагнулся за улетевшим свитком.

— Чем ты раздражён, Децим? — спросил он из-под стола.

Гентиан дождался, пока Марциал вылезет.