Волки

Дробета была похожа на волчонка, пушистого и маленького. Но не милашку, которого всяк тянется погладить, а маленького зверька, что показывает зубы и обещает вырасти в грозного зверя.

Подобное сравнение пришло Бергею на ум само по себе. Он много раз слыхал, что римляне тоже называют себя потомками волчицы. Однако до сих пор считал это пустой похвальбой. Куда хоть римлянам сравниться с настоящими воинами — даками. Подобно многим, он пребывал в уверенности, что победу у Децебала «красношеие» украли. Известны они подлостью и коварством.

Как украли? Каком кверху. Может с богами подземными сговорились. Разве найдётся у них кто-то, способный выстоять против грозного Тзира Скреты? Против Дардиолая Молнии? А у Децебала таких бойцов тысячи. Ну, может не все, как Дардиолай, но уж Тзиру под стать многие. У римлян таких нет. Так Бергею говорили друзья отца, поднимая чаши, дабы возрадовалась душа Сирма в чертогах Залмоксиса. Да, у вороватых детей Капитолийской волчицы нет подобных воинов. А, стало быть, одолели коварной подлостью.

И ничто бы не заставило Бергея переменить мнение.

Город заставил.

Дробета разрасталась, строилась сразу в камне. Многие дома только ещё возводились, но так основательно, что и слепому видать — не одну сотню лет им стоять.

Народ на улицах сновал самый разный, довольно было и даков, и римлян. Да и иных чужеземцев, вовсе из далёких краёв. Тисса с любопытством разглядывала чужую жизнь. Ведь она так отличалась от ужасов, в которых девушка провела последние месяцы. Яркие одежды, обилие народа, множество людей, которые не думали прирезать друг друга или помереть с голоду, а просто шли по своим делам.

От обычной сутолоки Тисса так отвыкла, что вела себя, будто не знатного рода девица, а горянка из глухого села, что впервые на ярмарку попала.

Она то и дело дёргала Бергея за рукав, показывала на диковинных чужеземцев, или на необычный для неё дом. Тут же требовала пояснить, что к чему. Бергей сносно понимал язык римлян и мог объясниться, а Тисса знала лишь пару десятков их слов.

Поначалу парень тоже увлёкся, разглядывая незнакомый город, будто они с Тиссой и в самом деле на ярмарку приехали. Но было два обстоятельства, которые не давали Бергею забыть о том, зачем они пришли в Дробету. Первое и главное — поиски родни. А было ещё и другое, что занимало все мысли.

Голод.

Припасённое на заброшенном хуторе просо закончилось. Бергей снова раскидывал силки и не раз, но не очень-то преуспел. Вот уже три дня они брели впроголодь.