Волки

Если он пообещает, что дарует мне жизнь.

— Хорошо, — сказал претор, — несколько дней ещё поживёшь. Крест никуда не денется. Солгал — повиснешь на нём всё равно.

Публий оставил в Красной Скале три центурии ауксиллариев, после чего Первый легион Минервы снялся с лагеря и двинулся к Сармизегетузе. Римляне замкнули вокруг неё кольцо, но не начинали штурм. Траян ждал племянника, который тащил половину всех машин.

Адриан оставил легион на трибунов, а сам, взяв фабра и охрану, поспешил к цезарю.

И там, в присутствии лишь императора, претора и начальника фрументариев, фабр рассказал, что сокровища даков скрыты на дне реки Саргеция, протекавшей возле Сармизегетузы.

— Плотину и сам тайник как раз я и придумал. Но строили другие. Пленные римляне строили. Их потом всех до одного перебили, чтобы никто не узнал, где скрыто золото, а мной царь дорожил, вот и не позволил узнать тайну.

— Так ты не знаешь, где тайник? — спросил император.

Деметрий сглотнул и медленно покачал головой.

— Нет, цезарь. Мне это не известно.

— В таком случае, какой от тебя прок? Искать тайник на дне, не зная точного места, можно до скончания времён. Разумеется, твои слова, если ты не лжёшь, имеют цену. Но я бы не сказал, что она высока. В лучшем случае меч вместо креста.

Траян хотел отдать приказ увести пленного, но тот заторопился.

— Подожди, цезарь! Выслушай! Мне известно, кто хранит эту тайну!

— Кто?

— Бицилис.

— Бицилис? — переспросил Адриан.

— Друг царя, — снова сглотнул Деметрий, — его правая рука.

Траян задумался.

— Ты снова предлагаешь мне кота в мешке, фабр. Где сейчас находится Бицилис? Мне что, в поисках одного человека заглянуть под каждый камень в Дакии?

— Он в Сармизегетузе, цезарь.

— И что с того? Город ещё предстоит взять. Как сражаются даки, нам всем хорошо известно. Когда у них ломаются мечи, они дерутся голыми руками и зубами. Военное счастье изменчиво. Кто может гарантировать, что Бицилис попадёт ко мне в руки живым?

— Он сдастся, цезарь.

— Как?

— Я знаю, где сейчас находится жена Бицилиса, Тармисара.

XVIII. Черепаха

— Ах ты тварь... — процедил Дардиолай, — так это всё из-за тебя...

— Что из-за меня? — огрызнулся Деметрий, — она жива, ты это хотел сказать? Её не убили походя, не продали в рабство. Или надеялся, что они там, в горах, пересидят напасть? Ага, жди. Она здесь, и ты её видел.