Серебряная герцогиня

Извинялся, понимая, что не виноват. Может, эта не мужская позиция обернулась против него? Мягкость и любовь пиратка приняла за слабость? Яр знал, что некоторые из его окружения считают его подкаблучником.

Как же он её любил!

Достать с неба с луну, чтобы Лэйда на одну ночь приколола её себе на платье – это про него. Он столько раз прикрывал её проказы перед суровым отцом… Яр даже ходил с герцогиней в море, когда мог себе это позволить. Проблема была в том, что у Лэйды был свой щит, который требовал внимания своей хранительницы, а у него – свой.

Берси… Мерзавец с гнилой душой. Самоуверенный подлец. Такие ведь нравятся женщинам, не правда ли? «Я убью тебя», – мрачно и безнадёжно подумал Яр. Но какой толк в смерти Берси, если Лэйда сама выбрала его?

Принц опустил лицо на руки, закрыв его ладонями.

Месяц. Почти месяц прошёл, но легче не становилось. После той ссоры Лэйда не отвечала на его письма. И не писала сама. «Почему? – с горечью спросил он мысленно. – Лэйда… Если ты меня разлюбила, почему не сказала мне об этом? Я бы понял… Мне было бы больно, но… Я ведь всегда ценил твою свободу, Лэй!».

Герцогиня не только простила своего фаворита, грабившего земли её сестры, но и отправилась с ним в экспедицию…

Ярдард поднял лицо, снова выпил из кубка. Он не понимал, что ему со всем этим делать. Боль – ладно, боль он переживёт. Мужчина, воин. Медведь. Сможет. И даже найдёт причину жить дальше. Но что делать с верой? Если Лэйда – Лэйда! – могла предать, то кто – не может?

В окно рядом с ним постучали.

– Гляди-ка… Чайка! Чтоб меня… Откуда чайки в Шуге?

Яр вскочил. Взгляд выхватил из толпы растерянно-изумлённое лицо мужика с дублёной, словно овчина, кожей на лице и по-детски распахнутыми глазами. Принц рванул окно, но ручка, видимо, заела, и створка не поддалась.

Тогда Медведь выбежал из трактира, едва не раздавив по пути тонкую, хрупкую девушку. Чайка метнулась к нему, и герцог стянул с ярко-оранжевой лапки небольшую записку.

Яр развернул и прочёл:

«Прости. Погорячилась. Иду домой. У нас будет ребёнок. Люблю тебя».

И невозможное счастье нахлынуло штормовой волной. Яр захлопал глазами, попытавшись избавиться от навернувшихся слёз.