Серебряная герцогиня

– Да, Ваше величество.

– Отлично.

Ульвар прошёл за фавориткой и закрыл дверь. Джайри уже сидела в кресле, закинув ноги на стол и взяв в руку пустой бокал, и с любопытством читала письмо из Медового царства. Король подошёл, положил руку ей на плечо, наклонился и коснулся губами волос.

Джайри вздохнула. Прикрыла глаза.

– У тебя не возникло желания за меня заступиться? – поинтересовалась она, чувствуя, как начинает волноваться от его прикосновений. – Ну… например, когда меня назвали твоей шлюхой?

– До того, как ты размазала эту несчастную по стенке, или после?

– До.

– Не сердись, Джай, – он тихо рассмеялся. – Или не делай вид, что сердишься.

– Не мешай мне читать письмо. Барнабас – очень опытный и важный человек. К тому же, именно он смог рассекретить рецепт огнедыха… Причём в его варианте, порошок оказался весьма мощен, в отличие от творения наших ремесленников… Кстати, парнишка там, за дверью. Ты его повесишь за эти дурацкие тюльпаны? Они были такие мрачные… бр-р-р…

– Теперь, возможно, и повешу, после того как ты спросила.

Джайри быстро обернулась. «Я всё хуже и хуже понимаю, о чём он думает», – с досадой отметила девушка. Она не знала, король шутит или нет.

– Он мне спас жизнь. Вчера, когда какой-то странный тип приставал ко мне, а твои хвалёные телохранители не отреагировали вовремя.

– Теперь точно повешу. Джай… мне не нравится то, что с тобой происходит. После твоего возвращения месяц прошёл. Почти. Ты лелеешь свои переживания, как наседка цыплят. Да и вино в таких количествах вредно.

Джайри хмыкнула.

– И ты меня бросишь, Уль? Когда я превращусь в жалкую пьянчужку?

Ульвар отпустил её, прошёл, сдвинул её ноги и сел впереди на столешницу, так, что оказался напротив любовницы.

– Нет, Джай. Даже не надейся. Я поступлю иначе, но тебе это не понравится. Если ты продолжишь изображать страдающую падшую женщину, то я попросту заключу тебя под стражу. Джайри, ты знаешь, я очень терпелив. Но и моё терпение не безгранично.

Она смотрела в его голубой лёд, и ей становилось страшно.

– Возвращайся, Джай. Уже пора.

Ей стало обидно.

– Что ты вообще обо мне знаешь, Уль? – прошипела девушка, откинувшись на спинку кресла и прямо глядя в его лицо. – Тебе не нравится, что я изображаю падшую женщину? А ты знаешь, что я просыпаюсь каждую ночь от собственного крика? Подумать только! Целый месяц прошёл! Это ж так много!

Она вскочила, швырнула письмо на стул.