Открытие, которого не было

…Не въезжая в Каланчевку, Аркадий вышел на окраине поселка и отпустил машину, рассчитывая, в крайнем случае, заночевать у Папаса.

Заречный поселок встретил его неистовым запахом ночной зелени и домашним пиликанием сверчков, выползших из своих укромных местечек подышать свежим ночным воздухом.

Казалось, в мире царил полный покой.

Но, на самом деле, покоя в мире не было.

10. Беседы за поздним ужином

Многие в этот поздний час не спали в Каланчевке.

Не спали и в той квартире, что нужна была подполковнику Стеклову.

Возможно, занимались тем, что пили вечерний чай. На столе блестел солидный заварной чайник с петухом на боку и круглилось большое блюдо бутербродов с копченой домашней колбасой. Может быть, находящиеся в квартире играли в дурака – по скатерти были разбросаны карты. Но нельзя было также исключить, что Иван Алексеевич Кальварский, его племянница Соня и Коля Саяпин проводили военный совет.

– Аркадий, ты! – обрадовано сверкнула синими глазами Соня. – Вот хорошо, что ты вернулся!

– Проходи, Аркаша.

– С удовольствием. – ответил подполковник Стеклов.

– Ты по делу или так, в гости зашел? – поинтересовался Иван Алексеевич. Видимо, гости в этом доме за полчаса до полуночи были вещью обычной.

– По делу. И в гости. – ответил Аркадий и сел за стол. Одной рукой он подхватил налитую ему Соней чашку чая, а второй взял бутерброд, распространяющий запах свежего копчения и чеснока.

– А что за дело? – спросил Иван Алексеевич.

– Дело такое. – отхлебнул Аркадий ароматный чай. – Очень простое. Хотел у вас спросить, что за такую штуку изобрел Толя Эдисон?

В комнате под песочным абажуром с кистями повисло молчание.

– Говорят, прибор какой-то серьезный? – продолжил Аркадий.

Кальварский не отвечал.

– И будто он может взрывать все, что хочешь на любом расстоянии и, главное, – без всякой взрывчатки? Так, Иван Алексеевич? Уж вы-то должны знать? Правда, это?

Иван Алексеевич начал было подносить ко рту чашку с чаем, но остановил свою руку и застыл неподвижно, как фотографический снимок.

Аркадий ждал.

Вздернув свои и без того поднятые брови, старый инженер, пожевал губами, вздохнул и, наконец, произнес:

– Нет, не правда.

– А что же он изобрел? – не отставал подполковник.