Сотая казнь

— Где голова… — паренек застонал, но приподнялся на локте осматривая пустую полку, — Она же тут стояла…

— Да, сильно я тебя приложила, сокол мой. Головы всякие чудятся. Лучше скажи в глазах не двоится? — Мэрган участливо приложила к затылку страдальца кувшин с холодной водой.

— Нормально все, — паренек зашипел, полностью забывая о колдуне.

— Что ж ты без спросу в дом лезешь?

— Я стучал. Все кулаки отбил. Вот и решил войти. А что мне было делать, комендант как услышал, что вы вернулись так говорит, чтоб немедленно и ценой любой вас в тюрьму доставить.

Работа ж стоит.

Страдальчески вздохнув и поняв, что сон отменяется, Мэрган выпроводила посыльного и насухо обтеревшись, оделась в рабочий костюм.

Перед тем как отправиться к коменданту, Мэрган решила зайти в оружейный квартал. Меч надо было покупать новый. Во избежание…

С тех пор как к власти пришел Лис Седьмой квартал оружейников значительно вырос и разбогател. Страстный любить повоевать, герцог считал каждый год в котором не было стычки с соседом прожитым зря.

Впрочем учитывая сколькими землями приросли его владения за это время, мнение Лиса было абсолютно обоснованно.

Даже сейчас, когда о войне нельзя было и думать из-за снегов в которых утонули дороги, квартал не сидел без дела. Среди трескучего мороза стучали молоты и мычали волы, тянущие воз за возом. Особняком между кузницами стояли пушечные мастерские.

Герцог, хорошо помнил как во время одного из походов стены восточного города огрызнулись по его отряду огнем и железом. Как удары ядер и камней уносили жизни десятков латников.

Как падали пораженные щебнем святые отцы, что кинулись вперед, дабы святой водой укротить спрятавшегося на стенах дьявола.

Именно поэтому по возвращению в свои владения Лис собрал лучших оружейников и велел работать, работать и еще раз работать.

Вот и сейчас из мастерской пыхтя и сипя выносили тяжелый металлический ствол. Палач невольно приостановилась, рассматривая диковину. Пушки, что были когда то у ее отца делались их скатанных в рулоны воловьих кож стянутых железными обручами.

Это же орудие было из меди, с отлитой вокруг жерла ощеренной драконьей мордой, и оттиснутым по всей пушке чешуйчатым узором, дополненным парой крыльев.

— Один выстрел может обрушить не слишком хорошо сложенный дом, — подгоняющий палкой подмастерий старик отвлекся и подошел к нежданной зрительнице, — Как говорится, красота это страшная сила.

Был он лыс, кривоног, с руками покрытыми россыпью разной степени давности ожогов.