Дочь лорда

клянусь!

Вот теперь губы братишки дрогнули. А ему - нельзя!

Кристиана ждет сюрприз, но если не он, то никто. А Звезде к гладиаторским казармам не прийти.

А вот теперь можно и умирать!

Эверрат успел вовремя. Солдаты явились, когда Рауль двинул первого «смертника» новой партии.

Человек пятнадцать – для «охраны» четырех гладиаторов. Впору возгордиться.

– Вас двое. Где еще два воина? – выдал дежурную фразу центурион. Три часа назад самолично выпустивший этих «двух» - переодетыми в рабов-уборщиков.

Впрочем, где они сейчас – он действительно не знает.

– Наверное, задержались в таверне. Возможно, подойдут прямо к амфитеатру, – Керли отодвинул доску. Излишне резким жестом. Впервые за эти три часа. – Если нет – их заменят запасные. Как и положено традицией - они ждут в соседнем зале.

В повязках, плащах и с пернатыми шлемами наперевес.

– Носилки готовы, – чуть наклонил голову центурион.

По его знаку двое солдат потащились за Андре и Рене.

А Рауль подхватил за основание султана свое раззолоченное уродство.

– Идем!

Неужели казарму Кор видит в последний раз? Да было бы что жалеть! Вот родное поместье – это да.

Керли, не оборачиваясь, строевым шагом направился к выходу. Эверрат – за ним, стараясь не отставать.

Следом, щурясь на заходящее багровое солнце, бредут Мори с Соньером - уже в шлемах.

Пляшут в золоте солнечные блики. Рябит в глазах. Как зимой – когда от ослепительного солнца невыносимо искрит снег…

Эверрат, забудь. В Квирине снега не бывает.

Рабы-носильщики привычно ждут - с чудовищными носилками наготове. Открытыми – для удобства жадных глаз плебса.

Конрад с гораздо большим удовольствием проехался бы верхом. А еще лучше – промчался вихрем. Но кони положены лишь эскорту. Поистине устрашающих размеров. Не кони, эскорт.

Еще бы! Призван защищать гладиаторов то ли от толпы, то ли от искушения удрать.

Сбежишь тут, как же, когда за это!.. Эверрат едва не прокусил губу.

Интересно, а императорская преторианская гвардия больше, чем гладиаторский конвой? Наверное. Ведь стоит туда кому-то попасть – и он тащит с собой всю родню. А император послушно подписывает патенты. Целая плеяда императоров – один за другим. И никого из них это не спасло.

Носилки плавно поднялись над головами рабов. «Героям дня», точнее – «вечера», положено проплывать над толпой. В «боевых костюмах» и не менее боевых церемониальных шлемах. С крыльями.