Дочь лорда

Загоститься в поместье Кридель можно не больше, чем вернуться в Лиар. Но зато никто не запретит сейчас сесть поближе к веселому солнечно-оранжевому огню. Вот в это почтенное кресло. На мягкий, потертый каштановый бархат…

– Если что не так – прости, – вздохнул Ив Кридель, когда «Леон» изложил причины столь быстрого отъезда.

За что «прости»? Что не спас мать Леона, рассказал о ее преступлении, не верит в невиновность племянницы? Потому что она – дочь Карлотты.

– Вы ни в чём не виноваты, дядя Ив.

Или меньше, чем многие другие.

Те, кому просить прощения не придет и в голову.

– Вы уверены, что сможете позаботиться об Ирэн? Герцог Тенмар ни за что не должен узнать, что она в вашем доме.

– И не узнает. Я введу в дом... ну, скажем, мою воспитанницу. Все, кто читают романы, поймут, как нужно.

Дядя Ив впервые за всё время мягко, тепло улыбнулся.

А его карие с прозеленью глаза, оказывается, красивы. Да, сейчас видно, что он – брат Карлотты. По крайней мере - внешне.

– «Если девушка входит в дом дворянина на правах воспитанницы - она его внебрачная дочь», – процитировала Ирия «Благородную Клотильду» Артура Ленна.

– А как быть с теми, кто не читает романов?

– Они поверят тем более – сами так делают, – заговорщицки улыбнулся дядя.

И вновь нестерпимо захотелось задержаться еще хоть на день! Целый бесконечный миг хотелось. Накатило волной... И прошло.

Нельзя привыкать к чужому теплу, чужому дому и чужой семье - если они никогда не станут твоими. Если твоего уже не будет ничего и никогда.

Кроме свободы и дороги. И это уже - невообразимо больше, чем совсем недавно смела надеяться узница Амалианского аббатства.

– Чтобы предотвратить скандал, герцог Тенмар способен на многое. Объявить о смерти Ирэн. Или, наоборот, заявить, что вернул ее домой...

– Мальчик мой, – дядя Ив чуть грустно взглянул на «Леона», – юные всегда относились насмешливо к поколению отцов. Но хоть я и немолод и не вращаюсь в свете – не настолько же я наивен.

У Ирии успело заполошно подскочить сердце, прежде чем барон закончил:

– Всё-таки Ральфа Тенмара я знаю гораздо дольше, чем ты прожил в этом невеселом мире, Леон.

И даже если герцог объявит, что у него в каждом имении по добровольно вернувшейся племяннице Ирэн Вегрэ, я, естественно, не помчусь его оспаривать.

– Я и не сомневался в вашем уме, дядя Ив! – с облегчением улыбнулась девушка. С самым настоящим, искренним облегчением.

А теперь пора встать с чужого кресла. И попрощаться с не совсем чужим человеком. Навсегда.