Наследник Черной Воды

Конечно, на Перекрестке живут и другие личности, не менее информированные, но им доверять нельзя. Не в данном вопросе. Потому что, в-третьих, к Мередит не стоит подпускать кого попало.

О её рождении, конечно же, знали – Лотарь проболтался собутыльникам.

До определенной степени я Глену доверяю. Он человек старой закалки, ему важна своя репутация, и он живет по достаточно жестким принципам. Может хитрить, если надо, но при возможности предпочтет уколу кинжала удар топором. Кроме того, я примерно понимаю, чего Глен хочет и какие силы представляет, поэтому не думаю, что рекомендованный им человек захочет сестре навредить.

Хорошо ещё, что искать приходится только целителя. Кормилица не нужна, козье молоко с добавкой единорожьего даже лучше человеческого, а нянька не потребуется ещё года два. Понятия не имею, как стану убеждать Ксантиппу подпустить к внучке постороннего. Бабка наверняка считает, что справится сама и лучше всех. Меня заранее пугает, кем она воспитает сестру, если не вмешаться.

Для завтрака уже поздно, для обеда ещё рано. Народу в «Клевере» немного, и с его обслуживанием прекрасно справляется единственная официантка.

- Мария, где Глен?

- Принимает товар, юный лорд. Позвать?

- Нет, пусть закончит свои дела. И, пожалуй, проводи меня в кабинет – сегодня посижу в тишине.

Ожидая заказа, раздумывал об обращениях. В данный момент формальным главой Дома Черной Воды числится Лотарь. Пусть Ксантиппа гоняет его в хвост и гриву, её статус в нашей иерархии ограничен властью над внутренними делами, и чтобы изменить это, ей пришлось бы приложить значительные усилия.

Поэтому в глазах окружающих Лотарь «лорд Блэкуотер», а я, его наследник, «мистер Блэкуотер».

Однако что Глен, что, следом, его подчиненные, или некоторые другие обитатели Перекрестка, вскоре после знакомства начали называть меня «юным лордом». В чем-то лесть, в куда большей степени – намёк. К титулу главы Черной Воды здесь относятся с уважением, и тот факт, что сейчас он принадлежит недостойному, многих раздражает.

И что? И ничего. Ближайшие лет семь – ничего.

После деликатного стука в дверь просочился Глен.