Наследник Черной Воды

Идут, торгуются, эмоционально ругаются друг с другом и продавцами, громко кричат, нахваливая товар… Шума добавляют вопящие вывески магазинов, заодно раскрашенные яркими красками, чтобы уж точно привлечь внимание, по восприятию бьют всплывающие надписи с рекламой и названиями фирм.

Улица широкая, причем если магазины спрятались в домах по бокам, то посредине идет островок-возвышение, плотно уставленное лавками. Вернее, домиками с двумя стенами и двумя же широкими прилавками, густо усыпанными разными штучками.

Народ в основном толпился возле них, в магазины заходили значительно реже.

Впрочем, здесь занимались не только торговлей. Справа крутили сальто трюкачи, рядом с ними слабенький маг создавал неплохие иллюзии, ещё дальше читал не самые лучшие стихи юноша слегка экзальтированного вида. С другой от них стороны то ли спорил, то ли ругался с одетой в потрепанный плащ старухой крепкий мужик, придерживающий двухметровой высоты плакат «Рабство – зло». Отважный малый. Наверняка кучу сглазов к вечеру насобирает.

В Британии рабство отменили относительно недавно, ещё и сотни лет не прошло. Даже среди обычных людей попадаются те, кто данную меру не одобряет, мечтая о возвращении к «старым добрым временам». Что уж говорить о колдунах, при должных усилиях доживающих до трёхсот лет? Для них рабство – неотъемлемая норма жизни. Причем, в отличие от простецов, маги в меньшей степени подчинены короне, имеют относительную независимость от неё и способны установить для себя ряд льгот.

Поэтому на данный момент у некоторых семей или отдельных магов рабы есть, точно так же, как есть вассалы, сюзерены, сервы и прочие пережитки феодальной эпохи. Или более ранних эпох, если говорить о Священных Домах.

Рабов (или их аналогов) становится меньше, иметь их сейчас считается неприличным. Однако тут следует уточнить, что моде на свободу, равенство и братство поддались относительно молодые семьи, старые рода, наоборот, хотели бы укрепить сословные барьеры и вернуться к тем временам, когда власть короны и Первенствующего была не настолько сильна.

Консерваторы не любят, когда им указывают, что делать, и у них достаточно средств, чтобы донести свое недовольство до окружающих. Например, проклясть аболициониста с плакатом.

Проходящий мимо высоченный араб в белоснежном балахоне чуть приостановился и, прижав правую руку к сердцу, слегка поклонился. Я отзеркалил его жест, только поклон мой более глубок и долог – он старше и выше по статусу.