Чёрная кровь

Но он и не желал возвращаться. Все его мысли занимали сейчас римляне и Брут. Знание того, что скоро они станут жертвенными баранами, совсем не приносило ему удовольствия. И дело было не в том, что он переживал за них. Просто они были людьми, в которых он, без сомнения, видел более родственные души. Он прекрасно знал, что они собой представляли, и чего от них можно было ждать. А вот здешние островитяне с их неведомыми богами были ему чужды и непонятны...

Наконец коридоры и повороты привели Венари и её могучего спутника к огромной, окованной медью и железом двери, покрытой непонятными иероглифами и изразцами.

– Эта дверь ведёт в храм Бхагала, там ты найдёшь то, что ищешь. Дверью этой почти не пользуются, так что ты никого не встретишь по дороге в святилище. Я дальше с тобой идти не могу – Бхагал жесток к женщинам: он не позволяет им входить в храм, так что дальше ты пойдёшь один.

Бесс взял девушку за руку.

– Спасибо, Венари, Залмоксис свидетель – без тебя я бы не нашёл дорогу.

– Не благодари за то, за что потом будешь проклинать, – Венари горько улыбнулась. – Когда ты умрёшь, Венари будет плакать по тебе.

С этими словами она развернулась и быстро пошла прочь, словно боясь оглянуться. Фракиец посмотрел ей вслед. Буря мыслей одолевала его, но он отогнал их, целиком отдавшись желанию освободить своих спутников. Он навалился на массивную дверь плечом и с осторожностью охотящейся пантеры вошёл в полутёмную залу.

Когда дверь тихо затворилась за ним, Бесс серой тенью заскользил меж древних барельефов и высоких колонн, покрытых изразцами. Первобытное чутьё варвара обострилось во фракийце. Он чувствовал древнее колдовство, пронизывающее это место, ощущал кожей странную магию, зародившуюся ещё на заре времён. Мимо него мелькали необычные статуи, увенчанные оскалившимися черепами и словно ухмыляющиеся ему вдогон. Бесса передёрнуло. Усилием воли он отвлёкся от страшных мыслей, пророчащих ему смерть, и углубился в зал.

В памяти его ещё не растаяли картины, порождённые странной статуей в зале с алтарём. Своим первобытным разумом он силился понять эти видения, но тщетно. Бесс мотнул головой, прогоняя наваждения.

Просторная зала привела его к невысокой двери, в пору разве что младенцу или карлику. От единственного прикосновения она отворилась, пропуская фракийца в недра покрытого мраком коридора. Без долгих раздумий он шагнул внутрь, вступив под его своды.