Правда выше солнца

Акрион провёл руками по шерстяному тонкому матрасу, постеленному на ложе, и с невыразимым облегчением вздохнул. Всё, что произошло, было, разумеется, сном. Страшным, загадочным, требующим вдумчивого толкования – но сном. «Сегодня же расскажу отцу, – подумал он. – И надо будет в храм сходить, принести жертву Аполлону, чтобы вразумил на толкование. А то, может, до Дельф прокачусь, оракула спрошу. Сон-то явно важный, такое не каждый день приснится...»

Конечно же, это был сон. Разве бывают наяву такие представления? Уже пять лет Акрион выступает в Дионисовом театре, и на его игру приходят смотреть тысячи людей – как до этого приходили на спектакли его отца, знаменитого Киликия.

Никто не играет трагедий ночью, в царском дворце, да ещё без зрителей. И никому, конечно, в голову не придет бить другого актера мечом. Так и поранить недолго коллегу. Даже если меч, как положено, деревянный, а не железный.

Акриону вспомнились черные от крови терракотовые плитки пола и мертвец, лежащий подле кровати. «Жуть какая, – подумал он.

– Всё в крови было...» Заранее усмехаясь от того, что сам себе не верит, он поднял руки к свету, лившемуся из окошка под крышей.

Ладони и предплечья до локтей покрывала красно-бурая корка.

Акрион вскочил с кровати, скинув матрас. Подбежал к окну, встал в пятно света, поднёс руки к яркому, весёлому лучу Аполлонова светила. Только сейчас он ощутил, как стягивает кожу засохшая кровь, почуял острый, смертельный запах.

– Боги, – сказал он. Голос был слабым, как у больного.

– Боги...

Пальцы дрожали, в ушах стоял звон. Снаружи, со двора доносились звуки обычного, мирного утра: бренчала глиняная посуда, кашлял Такис, кудахтали куры.

– Что же это? – пробормотал Акрион, не отводя взгляд от перепачканных ладоней. – Как это?

– Не успел я, – раздался голос за его спиной.

Вскрикнув, Акрион обернулся. В тёмном углу, куда не падал свет из окошка, под нишей со статуэткой Мельпомены, сидел на гостевом ложе незнакомец, спасший Акриона из дворца во сне – если пережитый кошмар всё ещё мог считаться сном.

– Не успел, – повторил незнакомец. – Опоздал. Кто же знал, что так обернётся?

Он по-прежнему был закутан в странное одеяние: чёрные штаны и куртка вроде тех, что носят в горах на севере Тиррении, но не кожаные, а из какой-то плотной ткани, облегавшей тело, словно приклеенная. За плечами покоился круглый шлем без гребня и украшений.

– Кто ты? – спросил Акрион всё ещё непослушным, сиплым голосом. – Чего тебе нужно? И...