Правда выше солнца

– Смотрю, боги тебя всё-таки не забыли, пацан, – проговорил он по-эллински. Голос его звучал всё так же надтреснуто, как и в строю.

– Спиро! – воскликнул Акрион. – Живой!

Они разом протянули руки и обменялись дексиосисом – рукопожатием, по которому любой, кто родился в Элладе, узнает сородича.

– Спасибо, что спас тогда, – сказал Акрион.

– Да мелочи, – дёрнул плечом Спиро. – Я ж не знал, что меня за это так по башке огреют, хе-хе… Ба, мастер Меттей! Как же славно тебя видеть, срамной ты кинед!

Он отвесил издевательский поклон ланисте, при этом пошатнувшись и едва не упав.

– А вас как величать, господин? – обратился Спиро к Кадмилу.

– Это – Гермес, вестник богов, – сказал Акрион сдержанно. – Он забрал меня с арены, когда я уже попрощался с жизнью.

– Ну, дела, – произнёс Спиро, приглядываясь к Кадмилу – без особого, впрочем, трепета. – Славься, о Долий-Душеводитель! Большая честь для простого человека вот так встретить олимпийца. Славься, о Агорей хитроумный.

Кадмил промолчал.

– А где остальные? – спросил Акрион. – Которые… ну, были с нами?

Спиро махнул рукой.

– Перебили всех, – проскрипел он. – Я сам-то едва очухался. Меня вместе с прочими волокли на труповозку, думали – дохлый. А у эдиторов, чтоб их Кербер драл, есть обычай. Проверять мертвецов калёным железом. Это, значит, чтобы никто не прикинулся трупом и не утёк. Ну, и меня приложили – а я оттого очнулся.

Он показал свежий, в блестящих пузырях ожог на лодыжке.

– Как дёрнусь! Как взвою! – губы снова раздвинулись, демонстрируя дыру меж зубов.

– И что ж, тебя пощадили? – покачал головой Акрион.

– Коли раб живой – значит, надо вернуть хозяину, – развёл руками Спиро. – Кинули меня на тележку, замотали башку, чтобы, стало быть, последние мозги не вытекли. И привезли сюда. Для выздоровления и получения положенных плетей от ланисты. А тут – вы. И вот я не в Аиде и плетьми не битый. Считай, дважды повезло!

Он подмигнул Акриону.

Между тем лудии вновь собрались посредине двора – облачённые в доспехи, при оружии. Они заметно повеселели. Здоровяк-фракиец басовито хохотал, рядом улыбался кудрявый юноша. Остальные, впрочем, смотрели довольно хмуро: всё ещё боялись, как бы чего не вышло. Половина Акрионова войска носила вычурную, блестящую, но скудную броню, рассчитанную на театральный бой – наручи, поножи, душные закрытые шлемы мирмиллонов и гопломахов.