Солнце Нави

В блёклом свете свечи отыскать ложе ему было проще простого. Он подтянулся, забрался на перину и устроился под одеялом у стены. Не успел Бессмертный опуститься на противоположный край, как мальчик перевернулся на живот. Вдруг из его груди вырвался хриплый клёкот, который он тут же заглушил, упав лицом в подушку. Кащей молча взирал на него, неприязненно стиснув челюсти.

— У тебя тут мягче, - заявил Беловзор, едва только кашель отпустил. Сел, поджав колени - И одеяло пуховое такое хорошее!..

Он обнял его кусочек и прижал к себе, покачивая.

Бессмертный выгнул бровь. Княжич поглядел на него в ответ и невинно, подкупающе улыбнулся. Тот только головой качнул.

— Лежи спокойно, - велел Кащей, укладываясь от мальчика как можно дальше. - Если, конечно, хочешь здесь остаться.

Он поставил свечу на ларь у изголовья и задул пляшущий огонёк. Затем повернулся к Беловзору спиной, закрыл глаза и расслабленно выдохнул.

Княжич, замерший после слов Бессмертного, кинул в его сторону взгляд, полный недоумения.

— А как же... - смелость в голосе сменилась боязливой нерешительностью. - ...сказка?

Ответом было молчание. Вдруг мальчику вспомнился их прошлый разговор. Он добавил уж совсем несмело:

— Но коль ты не умеешь, то хоть что-нибудь про мир расскажи. Что-нибудь, что до меня было.

Для пущей убедительности, немного обождав, заговорил снова:

— Я тут же усну после, - княжич смиренно сложил руки.

Кащей шевельнулся. Прежде, чем он развернулся и приподнялся на локте, Беловзор упал на перину и подложил руку под голову.

— Считай, что мы условились, - недовольно промолвил Бессмертный, ложась чуть ближе к мальчику. - Слушай.

Он продолжил, и глас его стал обволакивающе-глубоким:

— В давние годы, когда людям ещё было неизвестно, сколь близко к ним Навь лежит, Велес, подобно Сварогу, даровал всем творениям своим речь. Ты и сейчас можешь услышать, как воет волк, как ревёт медведь или щебечет синица. Но рыбы ныне молчат.

— Они только рот открывают, я видывал, - заворожённо прошептал княжич.

— В ту пору и они говорить могли, - отозвался Кащей. - Да так хорошо у них это выходило, что болтали рыбы без умолку. Шумели на всю Явь так, что мимо озёр да рек было не пройти спокойно.

Хищным зверям слушать это надоело. Прежде в воду они не совались, не трогали рыб – слишком уж проворны те были. Только хочешь схватить одну из них, а она хвостом махнёт, извернётся, скользкая да гладкая – и нырнёт на глубину.

Беловзор, заслушавшись, совсем замолчал.