Само совершенство

— Полторы тысячи, — сказала она так громко, что все уставились на меня.

Хорошо еще, что на этом безрассудства и завершились. Никто не стал со мной соревноваться, и по истечении пары минут я сделалась обладательницей, если можно так выразиться, собственного портрета. И, слава богу, никому не пришло в голову сравнивать мою физиономию с лицом очаровательницы из неких давно минувших лет.

Не буду описывать, как я перла очаровательницу домой, как меня не пустили в метро, и как мне пришлось искать такси, которые, как назло, не торопились попадаться навстречу.

Едва я ввалилась в квартиру, проклиная приступ авантюризма, как в кармане требовательно затренькал телефон.

— М-да, — мрачно отозвалась я, переводя дух.

— Откуда бежала? — ехидно спросили из трубки.

Это была Надька. Уникальное существо, которое считало меня своей подругой без всякого согласия с моей стороны.

Поэтому я всегда отвечала на ее вопросы уклончиво.

— Да так, — уклончиво ответила я.

— Я тут слышала, на тебя наследство свалилось? Теперь можешь до конца жизни плевать в потолок, — с завистью констатировала Надька.

Второй ее отличительной особенностью было свойство влезать в чужую жизнь без спроса.

— Ну… — неопределенность в ответах — единственное, что спасало от «совести нации», как прозвали ее студенческие подружки.

— Деньги-то тратишь?

Третьей ее особенностью было постоянное желание задавать «детские» вопросы. Проще говоря, бестактные.

— Ты чего звонишь-то? — единственным способом избавиться от ее назойливости было перевести разговор на нее самое.

— Повидаться бы надо, — припечатала Надька.

Всю жизнь мечтала! Но посылать далеко я не очень умела, а потому отговорилась необыкновенной нагрузкой на работе и полным отсутствием настроения.

— Ну, ладно. Погода такая — никто не хочет общаться, — с этим Надька, наконец, от меня отстала.

— Погода… У природы нет плохой погоды, — как не поговорить с умным человеком! Бесцельно побродив по квартире, я пристроила трофей на стену, на огромный ужасающий гвоздь (чтобы уж точно не свалилась), и полезла в постель.

Но сном, тяжелым, глубоким, забылась не раньше полуночи.