Тебе не поймать меня

Но я сам не понимаю, что происходит со мной! Я знаю, ты всегда мне поможешь. И я не оставлю тебя в беде. Но давай разбираться с загадками ЛилиХолл, а не с бурей в моей душе.

– Работа лучшее лекарство? – уголок рта Эртонна нервно дернулся.

– От всех болезней и недугов, – граф присел за соседнее кресло и жестом создал в воздухе полупрозрачную «доску» с фигурами и листиками пометок. – Что у нас нового?

– Мы выяснили, что тот, кто огрел нашего Ларкинса кочергой, лорд Куинси, сам благополучно помер. От лап своего зверя.

Мотив его поступка – старик шантажировал его жену их «развлечениями». Кстати, за последний год пропало около дюжины юношей из ближайших деревень. В соседнем городе велось расследование. Я передал твои заметки. Их начальник полиции, толковый, между прочим малый, не чета местному, передает благодарность. Ему бы век дело обарнайском монстре не закрыть.

– Если дело попадет в газеты, а не хочу, чтобы мое имя или имя кого-либо из Сент-Айвс всплыло, – одна из фигурок с лицом отставного полковника обзавелась черной ленточкой.

– Да, конечно.

– Леди Куинси тоже выходила. Надо выяснить.

– Да. Что с нашим отцом и сыном?

– Дела Альбруса Карла Роббинсона идут хуже не куда. Единственный шанс выплыть – наследство старика. Я проверил все делопроизводство, что вел Ларкинс. В финансах он был дотошен, как леприкон. И, конечно, деньги, которые выдавались племяннику, тщательно учитывались. Скорее всего, наш Роббинсон хотел попросить еще денег для того, чтобы опять спровадить сына подальше от сексуальной мачехи в столицу.

И да, драгоценности он тоже взял. Иначе этот грех без зазрения совести совершил бы господин Уильярд. Который беден, как церковная крыса, и не пытается выгодно выдать замуж своих дочерей.

– Есть предложения, кто стрелял?

– Точно уверен, кто из оставшихся не стрелял: Марк Аврелий. И то потому что видел своего отца, как он копается в сейфе. Другой вопрос, зачем он к Ларкинсу приходил. Но за намерения на плаху не отправляют.

– Итак, Стелла, Белла, Лаура и Агнес.

– Одна дает распоряжения слугам, вторая читает, третья и четвертая пудрят носики в разных уборных. Они же могли провести тот Черный ритуал, всплеск которого мы засекли. Наиболее подозрительная – Белла. У нее второй пистолет, раз. Слишком эмоционально реагирует на упоминания об убийстве и особенно о Чернокнижии, два. Я подозревал Миранду, но она приехала позже. Хотя девочка действительно талантлива и сильна.

Четыре дамы с веерами «вышли» в центр доски.