Пособие для наемника

Одно дело услышать такое в походных лагерях — там лорд-не лорд, а все выражаются, — но на светском приеме? От императора?

— Я, император Деорсы, вверяю ей всего себя, — продолжал паясничать император, раскинув руки, в одной из которых все еще болтался наполовину опустевший бокал, — а она тревожится о мнении сторонней женщины!

Идель шагнула к императору и, положив ладони на плечи, немного угомонила монарха. Забрала остатки вина и, вернувшись к парапету, приложилась сама.

— Твоей жены, — поправила леди после глотка.

— Но даже он согласен со мной в том, что ты превосходишь женщин империи, как луна в небесах превосходит отражение звезд в смрадной луже! — Император пел менестрелем, и в его разномастных глазах Железный читал бесконечное, почти ребяческое веселье.

Едва Аерон приблизился к Идель, чтобы, видимо, снова обнять, как та, откровенно рассмеявшись, накрыла лицо императора ладонью и оттолкнула.

Оттолкнула в лицо. В лицо, повторил про себя Железный. Как отталкивают приставучих собак.

Да, пренебрежение в этом жесте было наигранным, и по движению женской кисти только слепой бы не понял, что в обращении с Аероном Идель деликатна и мягка. Да, тот смеялся тоже. Но у Эмриса все равно глаза полезли на лоб, потому что он не мог представить себе ни одной ситуации, когда бы кто-нибудь обращался с императором в такой манере. Еще и при публике!

Создатель! — в ужасе вскинулся Железный.

Прежде, чем на него обратили внимание, Железный поборол изумление и снова уткнулся в бокал. Пусто. Как жаль. Интересно, они услышат, как он сопит в пустую емкость?

— Кстати, а где, собственно Элиабель? — поинтересовалась леди.

Аерон махнул рукой, давая понять, что тема закрыта: об Элиабель, жене, и Легрейфе, шурине, он хотел говорить сейчас меньше всего. Да и компания неподходящая: барон услышал достаточно.

Идель нисколько не расстроилась. Только пожала плечом и уставилась на Эмриса. Железный хрюкнул в бокал с вином, и эхо, раздавшееся из сосуда, выдало, что тот давно опустел. У императора затряслись плечи.

— Как вам здесь, барон? — Обратилась Идель, полностью игнорируя замешательство Эмриса. Стараясь делать вид, что не происходит ничего из ряда вон выходящего, тот прочистил горло и сказал:

— Ничего не понятно, если честно.