Бастард Ивана Грозного - 1

Мы поспешим с Ракшаем, а две трети пусть за нами идут в «триконь».

- Мудро, государь. Дозволь распорядиться?

* * *

Войско, возглавляемое царским буером, переменным аллюром за светлый день прошло чуть более ста двадцати километров и ещё засветло прибыло в Коломенское, откуда шла прямая дорога на Москву. До столицы осталось десять километров. Татей по дороге не встретили. Следы от конских копыт сошли с Москва-реки у Самбурово, где остались пятеро дознавателей с дьяком Терским.

В Коломенском квартировался полк боярина Ростовского.

- Здрав будь, государь, - чуть склонив голову, приветствовал царя князь. – Не чаял увидеть тебя тут. Мнил, что ты уже возле Новгорода.

- Дела срочные случились. И ты бы воротился в Москву. Нужен мне будешь.

- Да, как же? А войско?! А поход?! – Удивился князь. – Большие деньги ушли на сборы. Малые княжата поживятся, а мы, князья большие? В прогаре останемся? Извини, государь, но уговор был на Казань идти.

Адашев поднял ладонь.

- Во Владимире ты третьим воеводой? На один полк?

- А где больше взять? Потому и в Москву ушёл и здесь полк собрал.

- Вот потому и не пеняй на Владимир. Куда государь скажет, туда и пойдёшь! – Сурово прервал князя Адашев.

- Так дети боярские потратились на сборы, а сейчас что им?! Шиш?!

- Не лайся, князь! Срамно, чай! – Адашев взглянул на Ракшая.

Санька понял, что «шиш» - матерное слово и улыбнулся Адашеву. Тот, увидев его взгляд, покраснел.

Ростовский не понравился Саньке. И не потому, что был излишне плотен, лыс, потлив и даже на внешний вид, злокознен.

Как только он увидел князя и услышал его имя-отчество, у Саньки в голове что-то щёлкнуло. Мозг выдал справку:

«Князь Семён Васильевич Ростовский-Звяга (ум. 1565) — боярин и воевода, единственный сын князя Василия Александровича Ростовского, внук боярина и воеводы князя Александра Владимировича Ростовского. Носил прозвище «Звяга», что означало собачий или лисий лай, нелепые речи».

Именно поэтому, Александр улыбнулся, услышав Адашевское «не лайся», сопоставив с прозвищем. Справка далее гласила:

«В августе 1553 года в Москву прибыл литовский посол, воевода полоцкий Станислав Довойна. Боярин князь С. В. Ростовский в тайной беседе с ним заявил, что из-за тяжелой войны Русское государство «оскудело» и не может удержать завоеванные земли: «Казани царю и великому князю не здержати, ужжо её покинет». Через С.