Бастард Ивана Грозного - 1

Но вернёмся уже с другими умениями и другим инструментом.

- Инструмент нужен, да… А этот как мы повезём? Я его не брошу, а в то корыто, он показал на стоявший на льду буер, он не войдёт.

- А мы поставим на коньки казачий струг. Второй парус есть. И поведу его я. А вы с Лёксой пойдёте на этом буере.

- Думаешь покатится?

- А куда он денется? Так северные народы на своих лодьях делали и по люду на них ездили.

- А что ж мы сразу не приладили?

- На буере быстрее. Хотелось погонять, - отбрехался Санька. На самом деле, он просто забыл, а сейчас вспомнил, что можно и так.

Струг на коньки они поставили за три дня. Вернее, ставил его Мокша, а Ракшай один день находился в лесу, а второй день общался с ведуном. Он нашёл медведицу и брательника в разных берлогах. Медведица уже родила ещё одного медвежонка и Санька не стал нарываться на материнскую «нежность». Умке он поставил туесок с брусникой на меду. Для медведицы подвесил такой же на ближайшую ветку.

Ведун по поводу расставания не горевал. Он сказал просто:

- Так хотят боги.

Но помни, что ты мой сын. Когда я уйду за «тот порог», ты узнаешь. Моя сила уже переходит тебе. Я это чувствую. С каждым твоим камланием, я становлюсь слабее, а ты сильнее. Но не думай обо мне. Камлай чаще. Нам надо успеть. Мне – передать тебе, а тебе – забрать мою силу. Если я отойду за «тот порог» раньше, это плохо. А предел близок.

И ночь перед отбытием они камлали вместе. Ничего необычного с Санькой в эту ночь не произошло. Но он после почти бессонной ночи чувствовал себя полным сил.

Струг Мокше пришлось всё же толкать, но зато пошёл он очень даже неплохо. Буер, конечно, обошёл его и сразу скрылся за поворотом, но зато Саньке не надо было сбавлять скорость и целится в узостях реки. Струг проходил повороты ровно и вскоре буер остался сзади.

Так же, как и буер, струг был укрыт специально сшитым кожухом. Место рулевого было устроено спереди, а гика-линь был выведен к носу.

На Дон струг выскочил чуть после полудня. Санька увидел выставленный Адашевым сигнал, означавший: «мы ушли», и не задерживаясь повернул направо.

Буер его нагнал к вечеру. Тогда же они увидели лагерь московского воеводы.

Адашев встретил их сухо и выглядел сильно уставшим.

- Прихворнул я, други мои. Озноб берёт и тело ломит, - сказал он, чуть дёрнув левой щекой.

Мокша глянул на Ракшая. Тот поднял ладонь в успокаивающем жесте. Де, сейчас всё сделаем.

- Банная палатка есть? – Спросил он хорунжего. Тот, вероятно, находился у воеводы в постоянных помощниках.