Рецепты Апиция. Любимчик Вулкана (I)

Ты же её чуешь?

Тот кинжал, скорее всего, вовсе не что-то сделанное руками. Это какая-то часть тела чудовища. И он вовсе не принадлежит этому миру, а принесён с той стороны. Так что есть шанс, что твари будет интересно.

Меня проигнорировали!

- Что ты собирался ему показать? Как рыдаешь? - пошутил Гней Тернеций, но как-то беззлобно, не остро.

Я проигнорировал. Не до сарказма.

- Анна. Сможешь по деревьям переместить нас прямо к чудовищу, чтобы в туман не попасть?

Она кивнула, удивившись. Удивилась, естественно, не тому, что я сомневаюсь в её возможностях, а слову «нас».

Спрашивается, зачем мне лично лезть в такое опасное дело? Почему не поручить кому-нибудь из сопровождения? Чем мальчишка может быть лучше опытного воина? Кроме того, что меня Анне легче тащить.

Ну, хотя бы особым зрением. Я вижу то, чего не видят они. Вдруг замечу какую-то слабость чудовища? Да и на работу кинжала хотелось бы посмотреть... Ну, и признаюсь уж вам. Всё равно догадаетесь: это в нашем языке называется «детство в жопе заиграло».

Я-ребёнок жаждет подвигов. И непросто подвигов ради их самих.

Помните, я рассказывал про «путь чести», он же «курсус хонорум»? Так вот, брательник мой, со своим участием в военном походе будет сосать мамкину титьку, по сравнению с мной, покорителем чудовища. Но для этого я должен немного рискнуть, чтобы сделать себе карьерный трамплин. Нет, не стоит понимать этот путь в классическом смысле - мне, сыну рабыни, в сенаторы не пробиться, в легаты, соответственно, тоже. Но вот, скажем, трибуном - вполне.

(exp.: легат - не полномочный посол, выбирался из сенаторов и командовал легионом. Военные трибуны - под ним). Есть и другие тёплые места, которые я смог бы занять при поддержке отца-сенатора.

- И в самом деле, что за глупости я спрашиваю. Конечно сможешь. Значит, идём к нему, - естественно, Анне ничего рассказывать не стал. Незачем ей понимать мой ход мыслей.

Я снял кольчужный капюшон и защиту с голеней. Так будет полегче. Подумал немного и отстегнул ножны, взял свой меч в руки.

У меня не классический гладиус, более тонкий и лёгкий. И заточен чуть лучше, потому как цементирован и поверхностно закален.

Я ж мясник, ха! Люблю, когда инструмент острый. Мне «правильная» заточка гладиусов не нравится. Точат их градусов под сорок-пятьдесят. Как колун. Собственно, ими и не нужно карандаши очинять, это преимущественно колющее оружие, а так, кромка и острая, и меньше забоинам подвержена. Баланс.

- Свою железку тоже оставь, - приказал я Анне.