Опасных дел чаровница

— Просто приказал следовать за ним от клуба. А что?

Уильям закрыл лицо ладонями и покачал белокурой головой.

— Мы точно никогда его не женим, тетушка. Кому нужен псих, который даже за управляющим устанавливает слежку?

Глава 10. Хуже поклонника только работодатель

«Их милость, барон и баронесса Шербрук, просят оказать им честь и пожаловать на музыкальный вечер сим грозником[1] 22 дня 1881 года в городском доме на Амброзден-авеню в шесть часов».

Приглашение на музыкальный вечер

— Значит, ты выходишь замуж за герцога Веллингтона.

Выплюнув на стол чай, я зашлась кашлем и под внимательным взглядом леди Инесс потянулась к салфетке. Бедняжка Люси заметалась на месте, невозмутимый дворецкий Эдмунд взял заварник и, дождавшись, когда приступ меня отпустит, подлил насыщенного напитка с ароматами фруктов и цветков жасмина.

— Никогда!

Мое пылкое восклицание проигнорировали.

— Жаль, что не за графа Армана. Он, конечно, редкостный болван и пройдоха, зато внешне недурен собой и у него богатый родственник.

— Ваше сиятельство!

— Или виконт Торн. У него, правда, зубы кривые, но он глупенький и богатый. А глупенькие и богатые мужья, как известно, лучшее приобретение женщины в хозяйстве.

— Ваше сиятельство, я не собираюсь замуж, — процедила я, только кто бы меня слушал.

— Ах, мой чудесный Арнольд был, конечно, умнее. Хорошо считал, прекрасно говорил, а какие стихи писал! Дорогая, ты бы слышала, какие поэмы он сочинял ночами, когда прятался от моего вездесущего надзо… гм… счастья в библиотеке.

Она на минуту застыла, смотря куда-то перед собой. Темно-серые глаза затуманились, побелевшие от времени и возраста ресницы дрогнули, словно леди Инесс решила всплакнуть. Но ничего не произошло.

Чашка с грохотом приземлилась на блюдце, и я вздрогнула.

— В общем, — протянула она равнодушным тоном, — в перспективе герцог Веллингтон — неплохой вариант, но нищий. Да и слухи о нем ходят недобрые.

— Ваша светлость, — опять вздохнула я, но меня перебили.

— Инесс.

— Хорошо, Инесс, — терпеливо повторила, хоть и ощутила некоторый дискомфорт. Все-таки моя спасительница старше меня на тридцать лет, а я привыкла уважать старость. Даже такую дерзкую и язвительную, как леди Инесс.