Чужая земля

Несколько раз я давала руке отдых – она затекала, особенно трудно было вычертить верх плана. Дважды Сефу пришлось разжигать факел и опалять щепки, которые переставали писать. Наконец я попросила:

-- Зажги огонь, я сделала, что смогла.

План, который сейчас видел даже он, был достаточно сложен. Множество комнат-пещер разного размера и длинных коридоров которые все, как ни странно, имели плавный загиб в одну сторону. Сейчас, на плане отчетливо проступали странноватые знаки, которые я не могла понять даже на рисунке.

Сефу долго стоял и смотрел на пересечение линий.

-- Посмотри сюда, царевна Инеткаус.

Он ткнул пальцем в довольно большой зал на плане.

-- Вчера мы останавливались вот здесь, если я не ошибся. Помнишь, там было три статуи и у каждой – три руки? Вот иероглиф рука и цифра девять! Потом мы шли вот этим коридором и вышли сюда! А вот лестница, по которой мы поднимались утром!

Я, совершенно пораженная, смотрела на то, как Сефу разбирает это нагромождение линий.

А Сефу с восторгом в голосе продолжал:

-- Вот иероглиф антилопа… И цифра два! Смотри, госпожа, он почти как наш, и отличается только вот этой линией.

Я, разумеется, не видела никакой разницы…

-- Это тот зал, где сражались две белых антилопы?! Ну, тот рисунок на стене...

-- Да, царевна! А вот, смотри, сейчас мы здесь и скоро – выход! Ты видишь? Вот коридор, зал и лестница.

-- Сефу, остановись!

Он замер у карты и повернулся ко мне.

-- Сефу, мы слишком шумим. Пусть люди спят, пока не отдохнут. Завтра, если все так, как ты увидел – мы выйдем из подземелья.

-- Почему не сейчас, госпожа?!

-- Потому, что в двух залах и в одном коридоре мы видели завалы. Помнишь, нам пришлось возвращаться? Может случится так, что и там мы не найдем выход. Не стоит давать людям ложную надежду.

-- Как скажешь, царевна.

Он приложил руку к сердцу и поклонился.

-- Пойдем, госпожа, тебе тоже нужно отдохнуть…

Я лежала, закутавшись в теплое покрывало, прижимая к себе бархатную и горячую Басю, и думала. Как ни странно, я не испытывала даже радости от того, что этим жутким пустым городам, этим бесконечным переходам и лестницам, кажется, наступает конец.

Я прекрасно понимала, что самое сложное ждет нас, когда мы выйдем.