Шумерские ночи. Том 3

Хотя какой от него толк в Праквантеше?!

- В Праквантеше говорят на яредском? – спросил маг.

- Совершенно нет, - пожал плечами яред. – Эти презренные, что расселились по берегам всего моря-сердца, знают только свое чириканье. Но я, как ты мог заметить, праквантекский знаю.

- Отлично, - недолго думал Креол. – Пойдешь со мной и будешь переводить.

- Почему же я должен это делать?! – скрестил руки на груди яред. – О чужестранец, ты не помог мне в час нужды, когда эти злодеи избили меня и отняли все нажитое, а худшее – они сломали мою свирель! Ты знаешь, как дорога она мне была?!

- Нет, но могу помочь, - ответил Креол.

– Где ее обломки?

Через несколько минут преданность яреда возросла. Сжимая целехонькую свирель, которую Креол починил, обратив время вспять, он поведал, что зовут его Хитагайца, он странствующий музыкант и поэт-песенник, который решил принести истинное искусство невежественным праквантекам, но наткнулся здесь только на черствость и безразличие.

- …Ты видел этих варваров, ненавидящих музыку, - пренебрежительно говорил Хитагайца, пока они с Креолом шли в город.

– Я просто играл им на свирели, но они набросились на меня и стали избивать… а дальше ты видел.

- Может, ты просто плохо играешь? – предположил Креол. – Или пел им о том, что все праквантеки – ослы?

- Кто?..

- Праквантеки, дурак!

Потом выяснилось, что Хитагайца не понял второго слова. По эту сторону океана не знали ослов… да и вообще домашней скотины, кроме собак, которых, как ни странно, выращивали для еды.

Музыкант с раскрытым ртом внимал словам Креола об ослах, коровах, онаграх, ламассу и прочих диковинных созданиях, которыми так богата долина Тигра и Евфрата. Яреды и праквантеки грузы таскали сами, а на мясо разводили только птиц и собак.

- Эта местность называется Семь Золотых Городов, - пренебрежительно объяснил Хитагайца. – Незачем говорить, что на самом деле они не золотые. Да и времена их славы давно в прошлом – их строили те, кто жил задолго до праквантеков, нынешние на такое не способны.

Увидев явление демона и обращение времени вспять, музыкант проникся к Креолу великим почтением и теперь не отставал ни на шаг. Он прыгал вокруг мага, то и дело забегал вперед, рассказывал о том, что они видели вокруг, и все время наигрывал на свирели. Играл он не так чтобы очень искусно, но вполне пристойно и уж точно не настолько плохо, чтобы за это бить. Видимо, праквантеки и впрямь неотесанные варвары.