Шумерские ночи. Том 3

Тай-Кер принял встречные дары и еще долго слушал, как Хитагайца переводит ему слова Креола. Музыкант явно много чего добавил от себя, потому что все не смолкал и не смолкал… пока Тай-Кер не вскинул резко руку, что-то сердито произнес и поднял маску на макушку. Под ней скрывалось лицо мужа лет сорока – с чеканным профилем и орлиным носом, густыми бровями и гневной складкой на лбу.

- Что он сказал? – требовательно спросил Креол.

- Да… ничего особенного, - запнулся Хитагайца.

- Говори.

- Он… он сказал, чтобы я переводил как есть и не приукрашивал.

Что он не дурак. И что он немного знает шумерский.

Креол молча отвесил Хитагайце оплеуху. Тай-Кер светло улыбнулся и сделал то же самое. Больше не позволяя переводчику искажать их слова, маги перешли к нормальному деловому разговору.

Но трубку Тай-Кер и в самом деле предложил раскурить. И не с гашишем, как подумал Креол, а с какой-то местной травой – очень духовитой и едкой, но удивительно богатой маной, насыщающей чакры одним своим дымом.

Что-то похожее, Креол вспомнил, многие курили на Парифате, но там он не проявил интереса.

- …Истинный Праквантеш был там, на севере, - рассказывал Тай-Кер устами Хитагайцы, когда они с Креолом преломили хлеб и стали ощущать себя лучшими друзьями. – Вытянулся полосой вдоль побережья, от небольшого острова до оконечности полуострова Солнца. То, что ты видишь здесь, уже новый Праквантеш, и он совсем не тот.

Маги поговорили о допотопных временах, о славной древности, и легко сошлись на том, что сейчас мир куда хуже, чем во времена праотцов.

Оказалось, что Тай-Кер прекрасно знает о Мардуке Двуглавом Топоре, хотя и зовет его другим именем.

Жрец Эйм-Тули, сведя вместе великих магов, деликатно удалился. Кудесники ели, пили и дымили, передавая друг другу длинную трубку. Хитагайцу за стол не усадили, да он и не посмел бы присесть в присутствии столь знатных. Музыкант был рад уже и тому, что допущен в их общество.

- …Однажды я путешествовал в иной мир, мир кудесников таких, в сравнении с которыми все земные – тлен и прах, - рассказывал его устами Креол.

– Он звался Парифат, и Искусством в нем владел даже последний пахарь, а магия применялась даже для того, чтобы доставлять в дома чистую воду.

- Так и у нас она используется для этого же, - заметил Тай-Кер. – Разве ты не видел нашего автомата-водоноса? Он стоит на главной площади, его трудно пропустить.

- Видел. Он ничтожен в сравнении с тем, что я видел на Парифате.